Выбрать главу

Яков, 47 лет, Берлин

«Нет, нашим дамочкам это не грозит. Не так воспитаны. Это немки перехватили у мужиков инициативу в выборе сексуальных партнеров, а наши никогда не станут себя активно предлагать. Они предпочитают „быть завоеванными“ и ждут активности от сильного пола. И это правильно. Лично меня приводят в ужас некоторые дамские объявления на страницах рубрик знакомств. Еще больший ужас вызывает их готовность тут же ехать к тебе в гости с ночевкой. Но таких, чокнутых, среди наших не так и много. Это – привилегия местных».

Олег, 29 лет, Бремен

«Если рядом с женщиной есть настоящий мужчина, ей и в голову не придет ерундой маяться. И очень хорошо, что женщина зависит от мужчины. Это создает предпосылки для возникновения глубоких связей между ними. Естественная обязанность женщины – быть хорошей женой и матерью, в то время как естественная обязанность мужчины – оберегать женщину и заботиться о ней. У местных эти связи напрочь разрушены, отсюда результат: тридцать процентов немцев – импотенты, а каждый третий хочет жениться на иностранке. Наши дамы потому и нравятся аборигенам, что те устали от гипертрофированной независимости соотечественниц, не желающих поступаться своей свободой, и ориентированных на поддержание исключительно партнерских отношений».

Филипп, 36 лет, Ганновер

«Феминизм немецких женщин отвратителен. Они все время борются за расширение прав: не умеют и не хотят готовить, отказываются рожать детей. А чего стоит внешний вид большинства из них! Тифозные стрижки, бесформенная одежда в стиле «унисекс», полное игнорирование косметики. Глядя на них, всегда вспоминаю анекдот:

« – Почему Германия дала миру так много философов?

– А ты немецких женщин видел?»

Борясь с природой, искореняя врожденную эротичность, феминистки теряют свои женское обаяние и привлекательность. Опасаюсь, что дурное влияние западных «эмансипе» коснется и наших баб. Тогда – все. Останется ориентироваться на азиаток».

Марк, 48 лет, Ольденбург

«Считаю феминизм вынужденной культурой. Феминистка – женщина, которой не повезло встретить хорошего мужчину. Вот она лезет на трибуну и орет: «Долой это подлое племя! Без них обойдемся!». А ведь феминизм – ни что иное, как операция по изменению… психологии. Считаю его второй по опасности болезнью человечества после коммунизма. Как коммунисты использовали в своих целях гнев «проклятьем заклейменных», так феминистки используют вполне понятный протест женщины против хама-начальника, лезущего ей под юбку или пьяницы-мужа. Результаты же обоих этих «-измов» катастрофические».

Как видим, наши мужчины категорически протестуют против феминизма, но уверены, что постсоветским женщинам, выросшим, в общем-то, в патриархальной стране, не грозит стать его приверженками. И где-то они правы.

Наши женщины с давних времен умели руководить мужчинами так, что последние этого даже не замечали. Они никогда не считали для себя оскорблением, придя с работы, погладить белье, приготовить обед, помыть посуду, позаниматься с детьми. Нашим мужчинам также не грозит дамский гнев за поданное пальто, пододвинутый стул, открытую дверь, оплаченный ужин в ресторане, подарок или цветы. Есть такая феминистская поговорка: «В год, когда немецкие женщины добились права спускаться в шахту, российские феминистки добились права в нее не спускаться».

Так что, наш, российский, феминизм не несет того зловещего смысла, который так пугает мужчин. Женщины из постсоветского пространства, называющие себя феминистками, это – не существа с нечесаными волосами и в драных джинсах. Как правило, это – независимые, самодостаточные личности, любящие окружающих, способные себя обеспечить, сделать карьеру, воспитать детей. Они не боятся ответственности, и их интересы все шире выходят за пределы семьи и дома. Их феминизм кратко сформулирован устами одной западной деятельницы: «Всякий раз, когда я не даю вытирать о себя ноги, меня называют феминисткой».