Несмотря на то, что победа над обозниками далась нам легко и быстро, трое наших получили ранения. Двое солдат все-таки напоролись на вражеские штыки, а один из бойцов Дорохова поймал пулю. И лишь по счастливой случайности груз-200 на этот раз не пополнился нашими мертвецами. Да и наши трехсотые оказались ранены легко. Впрочем, в условиях отсутствия антибиотиков любая рана здесь могла стать летальной, и выживаемость раненых более зависела от индивидуальных особенностей организма противостоять инфекции, нежели от мастерства медиков, которое пока являлось, скорее, приятным и редким исключением из общего правила антисанитарии и просто пещерной некомпетентности, царящей тут в медицине практически повсеместно.
Как только бой закончился, я приказал воспользоваться временным лагерем лесозаготовителей для отдыха. Время едва перевалило за полдень, но люди в нашем отряде уже устали, поскольку большинство из них не сомкнуло глаз за всю ночь, участвуя в погрузочных работах. И я намеревался предоставить время бойцам на дневной сон, понимая, что, хотя бы, час им обязательно нужно поспать. А уже потом, подкрепившись и отдохнув, солдаты продолжат путь с новыми силами. Ведь, если судить по карте, впереди нам предстояла более трудная часть пути с крутыми подъемами на горной дороге, поскольку высота гор в восточном направлении постепенно увеличивалась.
Но, самая большая проблема заключалась в том, что двигались мы слишком медленно. И потому до замка Здешов-Козел добраться за один дневной переход нечего было и мечтать. Хотя Леопольд Моравский и не соврал. Просто этот аристократ мог позволить себе мчаться между замками на дорогих скакунах, подкрепленных не менее породистыми запасными лошадьми, спокойно преодолевая расстояние в семь десятков верст за один световой день. Мы же с нашим громоздким обозом тащились очень медленно, делая не больше шести верст за час на пологом подъеме.
Победа над новобранцами, никогда еще не участвовавшими в сражениях и отправленными в обозники, далась нам легко. Но, обольщаться не стоило. И, если придется заночевать в дороге, то надлежало выбрать место достаточно защищенное для того, чтобы внезапно нагрянувшая неприятельская кавалерия не застала нас врасплох. А что французские кавалеристы рано или поздно настигнут нас, я не сомневался. Меня даже удивляло, что до сих пор не настигли.
Впрочем, если даже из Ольмюца с самого утра выслали жандармов на поиски фельдъегеря, то пока эти жандармы пробрались в замок Гельф и освободили там пленных, прошло немало времени. К тому же, уезжая, ворота мы закрыли, а тяги опущенной железной решетки обрубили, чтобы ее не так-то просто было поднять. И пока они там провозились, прошло никак не меньше трех часов. Послать же гонца из Гельфа в Ольмюц с докладом о нашем выдвижении тоже требовало времени, как и само принятие решения командованием гарнизона об отправке погони.
Да и выделение наряда войск для этой цели не произойдет за считанные минуты. В штабе сначала разработают операцию против нас. Военная бюрократия работает не быстро. А кавалеристы, получив приказ, тоже вряд ли соберутся в путь за считанные минуты. Следовательно, какое-то время до встречи с вражеской кавалерией у нас оставалось. Вот только мне совсем не хотелось, чтобы кавалеристы настигли нашу колонну на марше.
Впрочем, лагерь-бивуак французских лесозаготовителей подходил для встречи вражеской конницы гораздо лучше, чем дорога. Если тут организовать оборону с умом, то конница лишится своего преимущества. Мы же вполне сможем отбиться, защищенные лесом с трех сторон от кавалеристских атак, если с четвертой стороны разместим препятствие, например, в виде поваленных друг на друга деревьев. И потому я обратился к только что освобожденным драгунам, все еще сжимавшим в руках пилы и топоры.
— Братцы, драгуны! Наша пехотная рота Семеновского полка, совершающая рейд по тылам неприятеля, только что сумела освободить вас из французского плена. Но, нас преследует вражеская кавалерия. Потому я приказываю вам еще немного поработать для того, чтобы сделать засеку возле нашего лагеря. Необходимо обезопасить обоз, в котором находятся раненые и беженцы. Обещаю, что после предоставлю всем, кроме караулов, два часа дневного отдыха.
Тут один из драгун вышел вперед и сказал:
— Семеновская рота, говоришь? А ты кто таков будешь, ряженый во французскую шинель?