Комсомольским билет лейтенанта А. Ф. Наганова
А впоследствии отыскались не только оружие и документы защитников цитадели, но нашлись и сами люди, сражавшиеся в крепости с оружием в руках. Кое-кто из участников героической обороны оказался в живых. Их осталось очень немного; одни испытали все ужасы фашистских концлагерей, другим посчастливилось бежать из плена, и они сражались в партизанских отрядах, а потом в рядах армии.
Начало поисков
Вскоре после войны в газетах и журналах появились первые статьи, посвященные обороне Брестской крепости. К сожалению, материал тогда был еще весьма скуден, известно об обстоятельствах обороны было очень мало, Поэтому в первых статьях содержались многочисленные ошибки и неточности.
Одним из первых обратился к теме героической обороны Брестской крепости наш известный художник-баталист П. А. Кривоногое. В 1950 году он поехал в Брест, длительное время жил в крепости, беседовал с очевидцами боев, делал многочисленные этюды и наброски. Год спустя появилась его талантливая — и сейчас широко известная картина «Защитники Брестской крепости». Нужно сказать, что на этом полотне, где изображен момент боя у Тереспольских ворот цитадели, тема героической обороны получила яркое и правдивое воплощение. Многие участники боев за крепость, которых впоследствии удалось найти, не раз говорили мне, что они не могут без большого волнения смотреть на эту картину и что художник сумел глубоко проникнуть в существо событий и хорошо передать напряженность борьбы и героический дух памятной обороны.
Потом появилась пьеса белорусского драматурга Константина Губаревича «Брестская крепость», которая до оих под идет на сцене ряда театров. И все же следует признаться, что до последнего времени мы очень мало знали об обстоятельствах боев за Брестскую крепость.
Так, во всяком случае, было до 1954 года, когда у меня возник замысел написать книгу об этой героической обороне. В обращении к этой теме были и своя закономерность и известная случайность. Закономерность заключалась в том, что я уже несколько лет писал о событиях Великой Отечественной войны, только недавно закончил свою последнюю книгу «Сталинград на Днепре» — о Корсунь-Шевченковской битве, — и искал новую тему, к которой я мог бы обратиться после этой моей работы. Я уже начал подумывать о том, чтобы написать книгу, посвященную обороне городов-героев — Одессы и Севастополя, как вдруг один случайный разговор заставил меня изменить мои планы.
«Защитники Брестской крепости». С картины худ. П. Кривоногова
Однажды ко мне пришел мой товарищ, писатель Герман Нагаев. Он расспросил меня, над чем я собираюсь работать в дальнейшем, и вдруг сказал:
— Вот написали бы вы книжку про оборону Брестской крепости в 1941 году. Это был необычайно интересный эпизод войны.
И тогда я вспомнил, что год или два назад я читал очерк писателя М. Л. Златогорова о героической обороне Брестской крепости. Этот очерк был напечатан в «Огоньке», а потом помещен в одном сборнике, выпущенном в Военном издательстве Министерства обороны СССР. После разговора с Нагаевым я разыскал у себя этот сборник и снова перечитал очерк Златогорова.
Должен сказать, что тема Брестской крепости как-то сразу захватила меня. В ней ощущалось присутствие большой и еще не раскрытой тайны, открывалось огромное поле для изысканий, для нелегкой, но увлекательной исследовательской работы. Чувствовалось, что эта тема насквозь проникнута героизмом, что в ней как-то особенно ярко проявился героический дух нашего народа, нашей армии. И я начал работу над книгой о героической обороне Брестской крепости.
Литератору, который берется за историческую тему, приходится сначала обращаться к печати, перечитывая все, что содержится по интересующему его вопросу в книгах, газетах, журналах. Я прежде всего прочел статьи, которые были в свое время помещены в белорусской печати. Писал их один партийный работник Белоруссии — Н. И. Красовский. После войны он работал в Бресте и тогда начал записывать воспоминания некоторых участников и очевидцев обороны крепости, послужившие ему материалом для его статей.
Статьи Красовского содержали лишь самые общие сведения о событиях в крепости, в них упоминалось лишь несколько фамилий погибших героев обороны, и, как впоследствии выяснилось, не все в них было фактически верным. Но отправной точкой они могли послужить.