Как ни удивительно, на первых порах враг даже не пытался оказывать сопротивления, pазве что пару раз пытался опустить изолирующие переборки, которые прошибали из тяжелых лучеметов даже не замедляя шаг. Коридоры чужого корабля, непривычно широкие и высокие, как на какой-нибудь стационарной базе, были пусты до изумления, чуть ли не стерильны. От этой пустоты веяло странной, иррациональной жутью, но десант сложно запугать. Катящаяся вперед бронированная волна закованных в штурмовые доспехи людей стремительно продвигалась по главному коридору, растекаясь на ручейки, чтобы проверить боковые ответвления,и вновь собираясь вместе, образуя всесокрушающий таран.
Демина противное всякой логике отсутствие сопротивления не радовало, но и, честно сказать, не тревожило. Он весь как будто пропитался фатализмом,и вывести его из равновесия сейчас могло разве чтo прямое попадание снаряда. А может,и впрямь пропитался – медицинский комплекс боевого скафандра почти сразу вбросил ему в кровь хорошую порцию препарата, начисто изгоняющего страх и провоцирующего агрессию. Как адреналин,только в разы сильнее, одна из старых разработок имперских медиков. Тем не менее, тренированный мозг, пользуясь вынужденной паузой, активно продолжал осваивать поступающую информацию. А она, как ни странно, оказалась неплохой. Сражение, закономерно развивавшееся не в пользу имперцев, вдруг словно бы замерло. И если почему не обстреливался его корабль, Демин еще мог понять, наверняка боялись задеть своего, то причина, по которой враги уклонялись от боя с остатками имперской эскадры, сбиваясь в кучу и отступая, находилась выше его понимания. Избитые до полусмерти имперские корабли тоже не жаждали сейчас драться и на рожон не лезли. Пытались, используя внезапную паузу, организовать некое подобие строя. С их повреждениями это было непросто, да и происходящее было всего лишь oтсрочкой, но перед смертью не надышишься.
Как бы то ни было, примерно через десять минут после начала штурма десантники и примкнувшие к ним простые матросы и офицеры (помирать – так с музыкой!) встретили первый очаг сопротивления. На одном из переходов возвышалась второпях построенная баррикада, из-за которой по атакующим открыли огонь, частый и беспорядочный. Очевидно, уже убедившись, что легкие герметизирующие переборки имперцы прошибают шутя, здесь перегородить ими дорогу даже не пытались. Впрочем, баррикада против десантников тоже не более чем извращение. Выстрелы из ручного оружия протыкали е насквозь, а потом экзоскелеты боевых скафандров позволили буквально в течение нескольких секунд расшвырять обломки. Да и, честно говоря,и голыми руками бы справились, пластиковая мебель и пластиковые же куски каких-то непонятных конструкций – штука легкая.
Α обороняли баррикаду люди. Самые обычные люди с красной кровью, и она теперь была везде – на полу, на стенах… Демин лишь выругался мысленно, что бравые штурмовики, увлекшись, перебили всех, но они лишь выполняли его приказ, и ругаться стоило, в первую очередь, на самого себя. А пока – вперед! И молиться Великому Космосу, чтобы корабль и дальше оказался столь же не приспособлен к обороне от вторжения.
Серьезное сопротивление они встретили на третьей баррикаде. Вторую разнесли так же легко, как и первую, даже смогли взять пленного, невысокого черноволосого мужчину в бесформенном сером комбинезоне, лупающего глазами и говорящего на абсолютно непонятном языке. Даже встроенный в шлем электронный переводчик не смог помочь. Нет, он наверняка смог бы расшифровать этот странный язык, но требовалось время для сбора информации и обработки данных, а такой роскоши имперцы позволить себе не могли. Пленному свернули шею,и штурм продолжился, чтобы буквально за следующим поворотом нарваться уҗе всерьез.
Демина спасла чистой воды случайность – споткнулся об oбломок баррикады, и в результате на открытое пространство первым выбежал кто-то из десантников, чтобы сгореть в мгновенной, похожей на магниевую, вспышке. Остальные шарахнулись назад – и вовремя, коридор моментально затопило огнем. Похоже, кто-то работал из станкового лучемета, не слишком заботясь о сохранности переборок.
Ну что же, ситуация неприятная, но против нее имелась раз и навсегда отработанная тактика. Из-за спин десантников ңеспешно выкатились три обвешанных тяжелой броней из отполированных до зеркального блеска плит монокристаллического титана боевых робота. Пять секунд – и сопротивляться в коридоре было уже некому. Правда, один из роботов дымился, но, как бодро отрапортовал его компьютер, боеспособность машины сохранилась на девяносто восемь процентов, а система пожаротушения пoчти сразу предотвратила возгорание. Так что отделались сгоревшей краской, мелочи.