Реввоенсовет армии с полным удовлетворением отмечает, что все эти качества были проявлены частями 45-й дивизии, на которые была возложена ответственная работа по ликвидации махновщины»…
— Ну вот, товарищ начдив, и разложили махновцев, — радостно заметил кто-то из штабных работников, прочитав приказ.
— Разложили? — улыбнулся Якир. — По-моему, не разложили, а оздоровили. Впрочем, теперь это уже пройденный этап. Сейчас меня беспокоят дела на берегах Буга…
Шаг за шагом, в жестоких боях отвоевывали красные воины родную Украину. И в каждом городе, каждом селе возникали митинги, на которых население горячо приветствовало своих освободителей. Политработники дивизии помогали восстанавливать советскую власть на местах, содействовали ревкомам в борьбе с разрухой, голодом, тифом. Многие рабочие и крестьяне освобожденных районов вступали в дивизию добровольцами. Среди них был и пятнадцатилетний комсомолец Николай Островский; Вместе со многими другими добровольцами его направили в формировавшуюся тогда из конных под: разделений дивизии кавалерийскую бригаду. 25 января кавбригада во главе с Г. И. Котовским закончила формирование и получила приказ совместно со 2-й бригадой овладеть Вознесенском.
Белогвардейское командование понимало все значение этого важного узлового пункта на реке Южный Буг, стянуло сюда крупные силы пехоты, конницу, артиллерию, бронепоезда.
…Ветер поднимал клубы снежной пыли, зло кру тил их, бросал в лицо. На двадцатиградусном морозе стыли руки и замки орудий, мерзла вода в кожухах «максимов». Как огнем, обжигала пальцы заледеневшая сталь затворов. Но люди шли вперед сквозь буран. Бойцы 402-го стрелкового полка торопились на помощь котовцам, уже завязавшим бой за Вознесенск.
Командир полка Н. Н. Криворучко распорядился непрерывно подкладывать дрова в топки походных кухонь, где кипятилась вода. И хотя, конечно, все понимали, что «поить», кипятком будут пулеметы, кто-то из бойцов пошутил:
— Не хотите ли, товарищ командир, белых угощать чайком?
— Угостим на славу, — отвечал Криворучко. — Выполним приказ начдива, сегодня же возьмем Вознесенск!
«Приказ начдива» — эти слова стали железным законом в 45-й.
В ночь на 31 января под ураганным орудийным огнем конница и пехота 45-й ворвались в Вознесенск. После жестокого боя в непрекращающемся буране город и станция были освобождены.
2 февраля после суточного сражения полки 3-й бригады заняли Ольвиополь.
Теперь 2-й армейский корпус белых силой до 7 тысяч штыков и сабель был прижат к Днестру. Командование корпуса предприняло отчаянные попытки прорваться к Одессе. В районе Раздельной развернулись кровопролитные бои, в которых части Якира нанесли противнику серьезный урон, накрепко преградив ему путь в Одессу.
В те дни к событиям под Одессой было приковано внимание многих столиц мира. Английский и, французский представители в ставке Деникина генералы Хольман и Манжен понимали, что падение города продемонстрирует в Лондоне и Париже крах белогвардейщины. Хольман обещал деникинцам в Одессе любую материальную поддержку, в порт вошли английские военные корабли. В самом городе в помощь войскам создавались добровольческие отряды. Кто их только не формировал! Буржуазный контрреволюционный «Союз возрождения» и немцы-колонисты, крупный бандит атаман Струк и митрополит Платон, городская дума, генералы, гимназисты…
Но все усилия врага были тщетны. Ничто не могло удержать победного шествия советских войск. Днем 7 февраля кавбригада Котовского и 1-я стрелковая бригада совместно с частями 41-й дивизии ворвались в Одессу. Под огнем военных кораблей и бронепоездов шла упорная борьба за каждый квартал, за каждую улицу. К утру 8 февраля город был окончательно освобожден.
С падением Одессы деникинская армия на Украине перестала существовать. Лишь три группы войск генерала Мартынова, полковника Стесселя и генерала Бредова еще держались в плавнях днестровского устья, в районах Тирасполя и Рыбницы. Группы эти, состоявшие почти сплошь из офицеров, стремились перейти в Румынию. За рубежом белогвардейцы надеялись набраться сил для новых выступлений против советской власти.
Якир приказал всем кавалерийским и стрелковым частям стремительным продвижением занять переправы через Днестр, окружить белогвардейские группы и заставить их капитулировать. Эта операция продолжалась до 19 февраля. Были взяты в плен тысячи офицеров, захвачено огромное количество орудий, десятки бронепоездов, множество эшелонов с самым разнообразным имуществом. Лишь небольшой части белогвардейцев во главе с генералом Бредовым удалось убежать в белопанскую Польшу.
Так завершился победоносный освободительный поход 45-й по Украине.
Во время этого похода дивизия, не имевшая фактически штатного состава, наступала в полосе до 60 километров. Сражаясь с многочисленным, хорошо вооруженным противником, Якир широко применял маневрирование отдельными боевыми труппами. Эти группы, действовавшие на наиболее важных направлениях, имели сильные авангарды, им придавалась дивизионная артиллерия. Особую роль сыграла кавбригада Котовского, решавшая самостоятельные и притом самые ответственные боевые задачи. В такой обстановке многое зависело от командиров частей, от их находчивости и инициативы. В дивизии выросло немало комполков — бывших партизан, под руководством Якира ставших отличными военачальниками регулярной Красной Армии, — Липатов, Криворучко, Задорожный, Минин и другие.
Храбрость и мужество бойцов, мастерство командиров, огромный труд политработников принесли свои замечательные плоды. Войска Якира блестяще провели стремительное наступление, научились уверенно охватывать и окружать даже более многочисленного противника, завершать операции полным разгромом врага. Далеко прогремела тогда слава 45-й Краснознаменной дивизии, названной современниками «Якировской».
…Холодный мартовский ветер развевал пробитое пулями алое знамя. Покачивая лесом пик, проносилась конница. Сверкая штыками, уверенно шла пехота. Грозно подняли стволы заслуженные ветераны — трехдюймовки. 45-я уходила в новый поход — на белопольский фронт.
Приветствуя части, Иона Эммануилович вспоминал, как ровно восемь месяцев назад в этих самых местах он принял 45-ю. Всего восемь месяцев… Как все изменилось с тех пор! Уже не разрозненные, недисциплинированные отряды, а спаянные, железные полки. В их рядах ветераны Южного похода… Они обещали вернуться с победой — и вернулись. Вместе с ними — добровольцы из-под Полтавы, Екатеринослава, донецкие шахтеры. Вот этот, такой молоденький котовец в длинной шинели — наверное, комсомолец.
Не знал начдив тогда, что перед ним сам Павка Корчагин. Но был уверен — в бою не подведет. Ведь это красноармеец 45-й!
…Если бы Ильич взглянул на эти полки… Якир представил себе Ленина, изучающего в Кремле карту фронтов. Не хотят паны мира, угрожают… Не беспокойся, Ильич, родной, — выстоим. Ты призвал создать крепкую регулярную Красную Армию — она создана. Ты призвал разгромить деникинцев — этих войск больше не существует. Дай, Ильич, новый приказ партии — и мы выполним его до конца!
Якир вскочил в седло и тронул коня. Полки уходили в бой.
21 мая 1920 года И. Э. Якир был назначен командующим группой войск фастовского направления, в которую вошли 44-я, 45-я дивизии и часть сил Днепровской военной флотилии. В июне войска группы приняли участие в контрнаступлении Красной Армии, освободили от белополяков Фастов, Брусилов, Радомысль, Казатин. В августе Иона Эммануилович возглавлял группу войск золочевского (затем Львовского) направления из 45-й, 47-й стрелковых дивизий и 8-й дивизии червонного казачества. На заключительном этапе войны бойцы 45-й под командованием Якира разгромили банды Петлюры под Проскуровом и Волочиском. За эту победу Иона Эммануилович был награжден почетным золотым оружием.
После окончания гражданской войны И. Э. Якир занимал ответственные командные должности на Украине, полтора года работал начальником Главного управления военно-учебных заведений РККА. В ноябре 1925 года Иона Эммануилович был назначен командующим войсками Украины и Крыма. На этом важнейшем посту (во главе Украинского, затем Киевского военного округа) Якир плодотворно трудился до конца жизни.