— Зачем ты убегал?
Зозимус сложил ладони в умоляющем жесте, в голосе прорезались просящие нотки:
— Серьёзно, леди, мне нельзя светиться на телевидении. Если друзья прознают, что я болтал с героями, меня мигом выпрут из тусовки.
Прекрасно, мы гонялись за пустозвоном! Надо было послушать умудрённого опытом бармена.
— Я не работаю с Зелёным и показывать по телевизору тебя не стану. Кому ты нужен, — опустила револьвер, сбавив тон.
— А вот это было обидно.
Ксэнтус вышел из фургона и встал рядом со мной. В руках оператора блеснул ключ для колёсных гаек. Разглядев его, Зозимус сделал крошечный шаг назад.
— Говорят, ты что-то знаешь о веществе два-анизин-четыре. Это так или очередной трёп?
— Я уже рассказывал о нём Зелёному.
— А теперь повтори мне.
— Ладно-ладно, не заводись! На днях было дело. Тусил я с двумя бомжами возле паба «У-Битая Птица», когда к нам подвалил один вонючий урод с татушкой на щеке. Рассказывает, значит, историю, будто достал у какой-то залётной фифы несколько доз клёвого наркотика, от которого якобы можно заиметь супериор-силы. Название у него такое прикольное — два-анизин-четыре — поэтому и запомнил. Ну и предложил нам его на пробу. Я у подозрительных мужиков ничего не беру, один из бомжей со мной тоже отказался, а второй сказал «Почему нет» и ушёл на пару с уродом. Всё. Уже через день за мной погнался Зелёный, напугал судом и напоследок прочёл целую лекцию о вреде наркотиков.
— Точно всё?
Зозимус энергично закивал.
Печальный расклад — чем больше посредников, тем разнообразнее история.
— Знаете, что я думаю? — спросил он тоном заговорщика. — Если анизин действительно существует, то подозревать следует Ассамблею героев или правительственные лаборатории, это их уровень. Его могли изобрести в качестве оружия!
След оказался ложным. Ничуть не удивительно, отчего Ассамблея не заинтересовалась таким многообещающим слухом. Думаю, герои знатно посмеялись над Зелёным, потерявшим столько времени в погоне за Зозимусом и его пустым трёпом. Однако кое-какую зацепку парень нам дал — мужика с татуировкой на щеке и место, где встретился с ним.
— Что за татушка была?
Зозимус сморщил нос.
— Я не особо разглядел. Может, вообще грязь, от мужика страшно разило помойкой.
— Да уж, помог, — разочарованно выдохнула. — Иди, выключай утюг.
— Как скажешь, дамочка, только убери свою тачку с дороги.
Почти квартал мы с Ксэнтусом проехали в молчании. Друг бегал по радиостанциям, выбирая подходящую его настроению песенку, а я прикидывала в уме дальнейшие действия. Записи со скрытой камеры можно смело выкидывать. Эфирное время слишком дорогое и короткое, чтобы забивать фильм пустой болтовнёй Зозимуса.
Итак, что у нас есть: к трём товарищам подходит человек с татуировкой на лице и предлагает им новый наркотик под названием два-анизин-четыре. Соглашается только один. Принимает его, получает супериор-силы, а через некоторое время исчезает. Информация об этом событии странным образом попадает прямиком в руки Зелёному. Герой затевает расследование, но упирается в тупик, как я сейчас, а человек с татуировкой скрывается в неизвестном направлении.
— Что дальше? — поинтересовался Ксэнтус. — По домам, а завтра займёмся чем-нибудь другим?
— Нет, возвращаемся в «Собаку». Было несколько доз анизина, значит, где-то есть другие пострадавшие. Или хотя бы свидетели.
Ксэн разочарованно выдохнул и повернул в сторону бара. Такова его работа, он знал, на что подписывал контракт, и уже давненько привык к моим одержимостям. Домой ему спешить так и так не к кому.
***
Посетителей внутри «Собаки» только прибавилось, а вместе с ними повысился градус напитков. Моё место по счастливой случайности пустовало. Лишь подойдя ближе я поняла, что дело вовсе не в удаче — тот пьяный бродяга всё ещё сидел по соседству, уткнувшись носом в столешницу, а запах от него стал только хуже. Та потерянная девчонка с фиолетовыми волосами и безумно уставшим видом тоже никуда не делась. К ней никто не цеплялся, видимо, местная.
— И снова привет, мадам Новости, — улыбнулся бармен, доставая из-под прилавка мой нетронутый бокал с пивом и обветренный сэндвич. — Нагнала парнишу?
— От меня никому не уйти. — В пару глотков осушила бокал и жестом попросила долить. Весьма недурственное пиво для такой дыры.