Саламандры начали преследование. Когда Разрушители поднялись по лестнице, Дак'ир со своим отделением дошел уже до середины зала и внезапно почувствовал едва ощутимое давление проволоки на поножах доспеха. Он обернулся, чтобы предупредить своих товарищей, и в этот момент мощный взрыв сотряс буквально каждую молекулу в пространстве помещения.
— Тупик! — доложил брат Гонорий, остановившись перед огромной баррикадой из сваленных в кучу гравилетов и вагонов маглева.
Цу'ган со своей «Наковальней», оставив от питомника гидропонных растений лишь тлеющие руины, медленно продвигался к центру города. Направляемые братом Аргосом, они оставили за спиной множество улиц этого урбанистического лабиринта и наконец вышли в узкое ущелье, образованное кварталами высоких жилых домов и повисшими между ними многочисленными разноуровневыми переходами. Еще сто метров в глубь квартала — и, свернув за угол, они обнаружили тупик.
— Мы выжжем себе дорогу! — сказал Цу'ган и повернулся, чтобы приказать опустошителям сержанта Ул'шана выдвинуться вперед. — Мультимелты скоро… Стойте! — вдруг осекся Цу'ган, окинув взглядом высотные здания. — Отходим той же дорогой. Найдем другой проход.
В этот момент на противоположный конец улицы, отсекая им выход из тупика, выкатился тяжелый грузовой транспорт. Сначала медленно, а потом все быстрее, набирая скорость, он с ревом двинулся на Саламандр.
— Мультимелты к бою! Уничтожить его!
Чтобы встретить атакующий грузовик огнем, сержант Ул'шан развернул свое отделение, но в тот самый миг в окнах жилых домов и на переходах показались отряды культистов, в чьем распоряжении, очевидно, имелось тяжелое вооружение. Шквал огня мгновенно накрыл всю улицу.
— Смотрите в оба… — прошипел капитан Кадай.
Инфернальная Гвардия вместе с опустошителями Омкара сидела, пригнувшись на своих позициях, на примерно равном расстоянии друг от друга вдоль всей улицы. Опасность таилась везде; в каждом окне, в каждой нише или темном углу мог затаиться враг.
Взгляд Кадая вновь метнулся к Фугису, когда апотекарий, пригнув голову, поспешил к одному из дальних орудийных гнезд. Стратосиец лежал, ссутулившись, привалясь к стене из мешков с песком. Он был жив, но едва ли мог самостоятельно передвигаться. Кадай заметил, как дернулась рука пехотинца — уже в третий раз, с тех пор как он подал сигнал о помощи.
Что-то тут было не так.
Движения пехотинца даже для раненого были какие-то неестественные.
У Кадая вдруг засосало под ложечкой, и он понял, что это ловушка.
— Фугис, стой! — проревел он в передатчик.
— Я почти на месте, капитан…
— Апотекарий! Выполнять мой при…
Рев чудовищного огненного шара, вздувшегося на месте укрепления, прервал Кадая на полуслове. Фугиса сбило с ног взрывной волной, а трупы стратосийцев взлетели в воздух, как тряпичные куклы. Серия последовательных взрывов, разрывая камнебетон, будто вспорола улицу, образовав огромную расщелину.
Ударная волна бросила капитана Кадая на землю. Поднимаясь на ноги, он энергично потряс головой, чтобы скорее прийти в себя, и увидел, как Фугис в почерневших от огня доспехах из последних сил цепляется за края только что образовавшегося кратера. Отчаянный крик вырвался из груди Кадая, когда пальцы апотекария разжались и он стал неудержимо скользить, исчезая в разверзшейся черной утробе Цирриона.
Между тем из темных проулков города к месту событий стали стекаться нечестивые культисты. Началась перестрелка…
Придя в себя после взрыва, Дак'ир сквозь дым и оседающие клубы пыли увидел фигуры людей.
Одна такая фигура сейчас зловеще возвышалась над ним. Рот этого человека был зашит черной проволокой, на бледных щеках вздулись синие рубцы. С глазами, полными нездорового воодушевления, культист ударил киркой по доспехам космодесантника. Кирка тут же сломалась.
— Саламандры! — взревел Дак'ир, призывая свое отделение и одновременно бронированным кулаком кроша голову еретика.
Затем он поднял цепной меч, который не выпустил из рук, когда падал, и буквально распотрошил еще трех мятежников, когда они набросились на него с клинками и дубинками.
Он было потянулся за плазмаганом, как вдруг замер, не веря собственным глазам. Атмосферные датчики его шлема сигнализировали о значительной концентрации водорода — воздух под куполом этого здания был им просто перенасыщен.