К феакам в результате приплыл бодрый Ясон, впечатленная по самое «не могу» Медея и подозрительно икающие после экскурсии аргонавты. Еще к феакам приплыли колхидцы, которые доловили лего из командира, возжаждали мести и привычно рванули партизанскими маршрутами вместо туристических, а потому не опередили «Арго» только из природной вежливости.
В ответ царь Алкиной быстренько поженил Ясона и Медею, после чего задвинул перед колхидцами речь о нерушимости брачных уз и Медею отдавать отказался. Сбитые с толку колхидцы подались на родину (при этом речь о золотом руне они так и не подняли: то ли забыли, то ли не так поняли насчет Ясона и брачных уз).
А аргонавты вполне спокойно доплыли почти что до Пелопоннеса, но случайная буря, которая внезапно унесла их туда, не знаю куда, показала, что а) впечатления все-таки еще не все собраны; б) медовый месяц будет бурным.
Античный форум
Гера: А можно как-то… перестать быть покровителем, если ты стал покровителем? У меня скоро волос на них не хватит.
Афина: Насчет покровителей не знаю, насчет волос могу посоветовать шлем. Мешает рвать, скрывает седину.
Геката: Три головы, в принципе, тоже выход. Больше волос, больше обзор…
Гера: …хм-м, удобнее закатывать скандалы…
Аид: …и наконец-то полное сходство с Цербером.
61. Нелетучий корабль
Медовый месяц начинался в античном духе (то есть, шум, грохот, буря, экстренный и недобровольный заплыв на «Арго» через моря-акияны, а потом упаднические настроения, потому что кончилось вино). Доплыв до Ливии, корабль надежно выбросился на пустынный берег, а всех обуяло отчаяние, потому что медовый месяц – у Ясона, а в пустыне оказались все. По счастью, какие-то местные нимфы заинтересовались картиной в духе «Полсотни неприкаянных героев апатично бродят тут и там по берегу». И решили героев развеселить. И заявили им, что вот это у вас с девайсом непорядки, вы свое транспортное средство так замотали, что он теперь отказывается вас носить (между нами говоря, не совсем ясно и как вас земля-то носит). Потому теперь будете носить вы его. Нет, сталкивать в воду корабль не надо, это не наш метод. Подождете, пока Амфитрита выпрягает коней – а тогда уж хватайте его на плечи и нежно тащите через Ливийскую пустыню, куда вас, кстати, и занесло.
Какая связь между плечами, Амфитритой, пустыней и необходимостью переть через нее здоровенную пентеконтеру* − нимфы не сказали, а аргонавты не спрашивали (потому что уже смирились со своим очень странным везением). Они просто подождали, пока через пустыню побегут кони (античный аналог белочки) – а затем…
Всем, кто с жалостью поглядывает на картину «Бурлаки на Волге», надо срочно отвернуться, потому что Ливия не Волга, и есть мнение, что нежно нести «Арго» по ней не получилось. Через двенадцать дней уже последняя ящерица в Ливии знала греческую обсценную лексику, а змеи нахватались и начали шипеть что-то вроде: «А говорят, женщина на корабле к несчастью»… О божествах пустыни умолчим. Через много-много лет один ушлый славянский князь прикинет такой вот психологический эффект сухопутного корабельства, но пожалеет подданных и поставит свои ладьи на колеса.
В конце античного похода, бессмысленного и беспощадного, аргонавты таки дошли до водной глади, спустили на нее корабль, обплавали берега и обнаружили (звук фэйспалма), что промахнулись мимо моря и находятся в озере. Намечалась еще одна пробежка налегке с кораблем на плечах, но тут перед героями появился Тритон, принял жертвенного барана (пробулькав что-то вроде «Он мне будет о вас напоминаааать!») и показал, что выход из озера в море таки есть.
Если бы на корабле была просто женщина – на том бы все и кончилось. Но на корабле таки была Медея. Потому первая же попытка запастись у Крита водой и продовольствием споткнулась о Талоса, который медный, но не памятник.
Талос был подарен Зевсом Миносу в качестве вечного берегового инспектора и, как подобает инспектору, – нрав имел очень грозный, а кулаки очень здоровые. Приплызжих он приветствовал каменюками, а иногда – во всех смыслах горячими обнимашками (горячими потому, что медный Талос раскалялся в огне, а потом уж кидался обниматься). Из достопримечательностей Талос, кроме медного тела, имел незамкнутую кровеносную систему (как у червей). Единственный сосуд закупоривался на пятке шпеньком.