— Чарлик, Туз, — недовольно покосился на них Сильвер, — живо поклонитесь!
Ящер и медведь неуклюже склонили головы, попытавшись придать своим мордам самое умное выражение, на какое они только были способны. Когда оба бандита выпрямились, криминальный авторитет резко на них рыкнул:
— А теперь выметайтесь отсюда! У меня базар с принцами.
— Дык, вы ж сами нас позвали, хозяин, — недоумённо промолвил медведь.
— Всё потом, Туз! Вон из гостиной!
Когда парочка покинула помещение, лев в малиновом пиджаке посмотрел на нас и ещё раз поклонился.
— Прошу меня простить, ваше императорское высочество. Это самые сообразительные из моих, с вашего позволения, шестёрок. Но теперь нам никто не помешает…
— Послушай ты, виконт! — сверкнула глазами Лола. — А когда ты наезжаешь на коммерсов, вытряхиваешь из них дань или пытаешь кого-нибудь, ты тоже вот так вот почтительно думаешь о нас? Если наш отец и премьер-министр ничего с тобой не делают, это не значит, что мы будем так же тебя терпеть!
— Лола, молчи, — рявкнул я. — Мы сюда не за этим пришли.
— Нет-нет, цесаревич Ленноз, мне очень интересно узнать, что обо мне думает царевна, как-никак, лицо, находящееся у власти, — Сильвер сделал жест своей живой лапой, приглашая нас в гостиную. — Я понимаю ваше негодование, царевна. Вы защитница подданных, наместница богов на земле и прочая и прочая. Но каждый выживает как может, поймите. Весь наш мир — это пруд, в котором рыба побольше ест рыбёшку поменьше. К тому же, именно благодаря мне преступность в Леограде ещё не так разошлась. Я держу в узде их всех, охраняю столицу от беспредела. Надеюсь, со временем вы это поймёте.
— Да?! Может, тебе ещё премию выписать? — не унималась Лола. — Или орден какой дать?
— Замолчи, сестра! — рыкнул я. — Мы здесь по другому делу!
— По какому делу? — осведомился Сильвер, решив не обращать больше внимания на Лолу. Он пригласил нас присесть на мягкий кожаный диван. Для себя же он подтянул стул. Не мудрено — аристократ должен разбираться в придворном этикете. — Я полагаю, только важное дело могло привести сюда, в мой скромный дом, наследника престола и его царственную сестру. Могу я предложить вам выпить? В моих личных запасах имеется несколько бутылочек орлиного будосю «Одинокая гора» тысяча девятьсот тридцать шестого года урожая, одного из лучших в прошлом веке.
— Не откажусь, — ответил я, устраиваясь поудобнее на диване. Надо сказать, он был ничуть не хуже, чем у нас во дворце. — Лола?
— Бе, — ответила она, важно сложив вместе верхние лапы.
— Чарлик! — рыкнул виконт. В гостиную вошёл ящер. — «Одинокую гору» сюда и… два бокала.
Ящер услужливо кивнул и с тихим шипением развернулся, направившись, судя по всему, в винный погреб.
— Так что там с делом? — заинтересованно спросил Сильвер, поправив свою толстую золотую цепь.
— Труп львёнка, — начал я. — Сегодня его обнаружили в Еланском переулке. Вы, может быть, слышали о нём.
— Труп с Еланского, значит, — повторил авторитет, подперев подбородок своей знаменитой металлической лапой. — А как же, слыхал. В СМИ, что неудивительно, про это ни слуху, но у меня свои источники. Изуродованный детёныш, с почерневшей шерстю, с выпавшими зубами. Ясное дело, это сделал какой-то маг. Непонятно, правда, зачем… А вообще, забавная ситуация.
— Чего же тут забавного? — недовольно буркнула Лола.
— Забавно здесь то, что такая шумиха поднялась из-за смерти какого-то львёнка, — неспешно отвечал виконт. — Конечно, очень жаль, что он погиб, но всё же… Здесь, мне видится, важен не сам факт смерти, а следы того, как она была причинена. Вот скажите мне, ваше высочество, если бы этого малыша убили как-то по-обычному, зарезали бы, задушили, застрелили из пистолета или ещё как-то, стало бы это таким заметным злодеянием, что за него взялся аж сам наследник престола, то есть вы?