Во время встреч с немцем Лидия Лихолетова выяснила, что Фриц готов дезертировать из гитлеровской армии, но не знает, куда бежать. Тогда Сергей с ведома Василия решил действовать напрямик. Он пообещал Фрицу укрыть его в надежном месте и достать для него новые документы, если тот передаст ему свое оружие. Немец с радостью принял это предложение.
«Конечно, Сергей Вайс наиболее подходящий человек для руководства разведкой, — в конце концов решил Василий. — Хоть и молод, но хороший организатор, исполнительный, честный, знает немецкий язык. А ненависти к фашистам ему не занимать».
И Сергей Вайс начал действовать. Он поручил составить план расположения немецких объектов в городе Таганроге группе Пазона.
Обсудить задание собрались на квартире Николая Кузнецова. Пазон сообщил юным подпольщикам, что наступление Красной Армии временно приостановлено на реке Миус.
— В связи с этим на нас возложены новые задачи, — сказал он. — Подпольный центр поручил нам составить план расположения важных военных объектов в нашем городе... На схему нужно нанести немецкие штабы, склады, скопления техники, позиции дальнобойной артиллерии. Кто из вас имел в школе пятерки по черчению?
Николай Кузнецов и Анатолий Назаренко подняли руки.
— Тебе, Коля, и так хватает работы с листовками. А Назаренко, пожалуй, подойдет. Займешься составлением плана военных объектов, — обратился к нему Пазон. — Помогать тебе будем все. Я каждому назначу несколько улиц. На листочках бумаги будете отмечать, что и где расположено. Эти сведения передадите Анатолию. Вот он и покажет нам свое искусство.
Во время распределения улиц страсти разгорелись. Каждый старался заполучить улицу, на которой он жил и которую хорошо знал. А жили они все в одном районе, неподалеку друг от друга. В самый разгар спора пришел Сергей Вайс.
— Что за галдеж? — спросил он.
Пазон пояснил, в чем дело.
— Вот тебе и раз! Клятву забыли, — сокрушенно сказал Сергей. — Могу напомнить. «Буду смел и бесстрашен, буду беспрекословно выполнять даваемые мне поручения...»
— А мы и не отказываемся, — перебил его Анатолий Мещерин. — Просто каждый свою улицу лучше знает. А раз надо, я первый беру на себя самые дальние...
— И я.
— И я.
— И мне любую давай, — наперебой заговорили все разом.
— Вот это другое дело, — улыбнулся Вайс. — Когда схему составите? — спросил он у Пазона.
— Завтра утром будет готова, — ответил тот.
И действительно, рано утром Пазон принес Вайсу план-схему. На ней крохотными кружками были обозначены мастерские по ремонту танков, гаражи, штабы и другие немецкие учреждения, радиостанции, расположение зенитных батарей, склады с боеприпасами, бургомистрат, полиция и даже лагерь военнопленных в Гоголевском переулке.
Уже через несколько дней Сергей Вайс предоставил Василию обширные разведывательные данные о немецких военных объектах, размещенных в Таганроге. Подпольщица, работавшая на продовольственном складе, информировала Василия об изменениях численного состава частей гарнизона. Теперь руководитель таганрогского подполья с нетерпением ожидал прихода Козина или любого другого связного с той стороны.
XVII
Когда в середине зимы на улицах Таганрога участились случаи убийств немецких солдат и офицеров, гитлеровская служба безопасности насторожилась. Начальник зондеркоманды СД-6 штурмбаннфюрер СС Биберштейн уже не раз наведывался в Таганрог и собирал экстренные совещания. Его сотрудники — гауптштурмфюрер СС Миллер, гауптшарфюрер СС Мюнц, штурмфюрер СС Квест, фельдфебели Адлер и Энгельгард почти ежедневно выслушивали сообщения платных агентов, но ничего утешительного выяснить им не удавалось.
С каждым днем Биберштейн все более убеждался в том, что в Таганроге действует хорошо организованная и надежно законспирированная большевистская организация. Ящик его письменного стола был буквально завален антигерманскими листовками и воззваниями. И хотя работой по борьбе с партизанами занималась тайная полевая полиция ГФП-721, именно ему, Биберштейну, хотелось первым напасть на след большевистской банды и тем самым утереть нос этому щеголю Брандту, который только пьянствует с начальником русской вспомогательной полиции и бахвалится, что уже уничтожил партизан в Таганроге.
Биберштейн не мог простить Брандту его внешний лоск, молодцеватую выправку и благосклонность генерала Рекнагеля. Сам Биберштейн был почти вдвое старше Брандта. Он болезненно переживал свою полноту, которая делала мешковатой его фигуру, лишала его воинской элегантности. Но и это было еще не все. Побывав недавно в Берлине, Биберштейн узнал о тайной вражде между абвером адмирала Канариса, которому подчинялось ГФП, и ведомством Кальтенбруннера, куда входила зондеркоманда СД-6.