— А эти двое похожих на поэтов бритых юношей в красном джипе с символами московской ассоциации женского бокса …
— А кто же еще? Скажите, а вы действительно…
— Аркадий, я вам советую провести сегодняшний вечер в родном «Уникуме». Мы вам обязательно позвоним.
23 часов 00 минут того же дня. Телефонный звонок в кабинете владельца «Уникума».
— Аркадий?
— Исаакович.
— Что!?
— Зовут меня Аркадий Исаакович.
— Вы смотрели последний выпуск новостей?
— Нет. У нас в «Уникуме» по вечерам много работы, особенно по субботам.
— Я йогурт.
— Что!?
— Моя кличка Йогурт. Это вам о чем-нибудь говорит?
— Я бы не хотел показаться не вежливым…
— Я единственный бригадир ясеневских, который остался в живых после бойни во время финального боя. Покойный Череп страшно обозлился на тебя за боксершу в кружевах, которая всех побила и еще губы красила в перерыве между раундами. Сегодня он всех пригласил, чтобы видели, как ты в зубах миллион евро принесешь. Причем хвостиком махая. Все и пришли, только меня почечная колика скрутила.
— Желая вам, господин Йогурт, скорейшего и полного выздоровления.
— Что!? Да я в порядке. Камень уже выссал. Слава Богу, теперь уже не болит. Я бы с вами хотел встретиться. Вам меня опасаться нечего. Там всех положили, в том числе и Генерала. Кто такой Генерал, вы знаете?
— Нет.
— Нет, так нет. Это я к тому, что будет с теперь ясеневским — никто не знает. Так что с вас, собственно, спрашивать некому. Так что и опасаться вам нечего.
— Вы уверены, что до беседы с вами я чего-то опасался?
— Так я могу приехать?
— Конечно, Йогурт, конечно. Буду рад нашему знакомству.
— Сейчас я поднимусь, мы тут у дверей твоей лавочки стоим.
— Ты действительно «Уникум». Значит, ты ничего не знаешь? Тогда я тебе расскажу. У нас на боях строго. Было, мать твою! Зрителей охрана всегда проверяла на входе на предмет оружия. Правительственная ложа, где самые братаны сидели, защищена пуленепробиваемым стеклом и охраняется особо. Так что эти козлы сделали! Приходят двое, у обоих за спиной рюкзаки. С рюкзаками у нас вообще не пускают. Охрана им говорит, что у вас ребята в рюкзаках? Давайте глянем. А они отвечают, рюкзаки открывать мы не будем. Нас сам Череп ждет, что в рюкзаках лежит, он знает. Охрана звонит своему начальству. Начальство звонит Черепу. А тот, пидар, уже поддатый был, не терпелось ему покрасоваться, все головка ясеневских уже там сидела. Ну, все! Даже Генерала пригласил, черт бы его побрал. Приводят этих двоих с рюкзаками. Сами же в правительственную ложу их провели! Ладно, отвлекся я. Заводят их, значит, а они и говорят: «Кто здесь Череп?». Там все чуть со стульев попадали, кто же Черепа не знает, у него даже по телевизору интервью брали. «Я, Череп, я, — говорит, а сам ржет. — Не волнуйтесь братаны, расстегивайте рюкзаки». Они спокойно так рюкзаки с плеча поснимали, свертки достали, и вдруг палить вовсе стороны начали. Там у них какие-то автоматы короткие были в газеты завернутые. Никто и предположить не мог! Всех за сразу и покосили, никто и дернуться не успел. Только телка одна была. Сам Череп ее привел. Обычно туда с телками никто не приходил. В стороне она стояла, сразу не завалили ее, а добивать потом не стали. Чего им телка молодая, явно она не при делах. Пожалели ее, один из них так и сказал: «Девчонку еще не одну не убил, даже в Чечне. Начинать не хочу». Потом они из правительственной ложи по-тихому вышли и среди зрителей растворились. У них в зале свои люди были. Быстро их спрятали и переодели. Так и ушли. Да и не искал их никто особенно. Все начальство уже неживое было, организовать их поиск некому было. Ну да ладно, Аркадий, заговорились мы с тобой. Ты нам адресочек братанов тех дай, мы с ними поговорить хотим. А не дашь — придется за всех ясеневских ответить, прямо сейчас. Ты нас понял?
— Хочешь говорить — говори. А Аркадия нашего пугать не надо. Он у нас смелый, мы его даже медалью «За мужество при совершении полового акта» наградить собираемся. Правда, Хомяк?
— Сейчас лично ему на пиджак награду прицеплю, только автомат разряжу. Автомат то узнал, Йогурт?
— Спокойно, братаны, спокойно. Опустите автоматы, расслабьтесь. Мы просто стрелку забить хотели. Аркадий ваш нам как зайцу триппер нужен.
— Поговорить так поговорить. Говорить мы любим. Только учти, Йогурт. Сегодня в «Уникуме» санитарный день, посетителей не принимают. Как твоя бригада зашла, мы двери сразу и закрыли. В зале стриптиз твои братаны смотрят, и моя бригада на них поглядывает. И во всех трех джипах мы шоферам твоим лапки связали, ты уж извини нас, братан. Это чтобы беседа наша плавно протекала. Ничего личного.