— Ой, Василий Петрович, не знаю, что вам и сказать. Говорят, что это из-за экологии. Что верно, то верно. Заводов там отродясь не было, а удобрения последний раз завезли еще при Брежневе. Они там до сих пор в лесу лежат. Но, я думаю, дело в другом. Во-первых, природа. Поля давно заброшены, остров лесом зарос, деревня на берегу озера, у самой воды. Никаких водоохранных зон там нет и быть не может. Но главное в другом. Нет всякой шантрапы там, люди живут в этом коттеджном поселке только приличные. Туда же без катера не доберешься, а катер и сам денег стоит, и содержать его надо. Шелупони всякой это не под силу. Это раньше рыболовецкий колхоз, а теперь уже подписи собирают, переименовать хотят мое родное село в коттеджный поселок «Сковская Барвиха». Кто бы подумать мог.
— «Сковская Барвиха» говоришь? А что? Бывал я в Барвихе. Мы ни чем не хуже. Даже лучше значительно. Подписи соберут, пускай приносят. Рассмотрим. А участок там дорого стоит? Только приличный, мне не подобает…
— Да, Василий Петрович, да что вы говорите такое! Да у самой воды организуем, там участок один есть особенный, самый большой. Мы бесплатно его оформим практически, как брошенную ферму, тысяч за пять долларов и купите.
— Ну ты это брось. Так тоже нельзя, я же губернатор все-таки, ты меня на смех то не подымай. Оформи там тысяч за двадцать, но слушок пусти, что взял, мол, сам. За пятьдесят тысяч зеленью. Ну, ты понимаешь.
— Да то вы, Василий Петрович, что вы! Вся Сковская Барвиха уже неделю только и говорит, что сам губернатор старую ферму за сто двадцать тысяч евро выкупил. Дом с пристанью строить будет.
— Ну ты это загнул, с какой пристанью еще?
— Да там без пристани никак. А как катер к дому подойдет? Там у всех так. Это же Сковская Барвиха, не Красные Лопухи какие-нибудь.
— Все, иди, пожилой следователь, а то от тебя не отделаешься. Одни фантазии. Если надо подписать что — приходи, а так иди. Под-пись, под-пись, под-пись-кой яйца!!! Гы-гы-гы. Иди. У меня дел не в приворот, не до тебя.
— Так я когда документы на брошенную ферму принесу, так еще там что на подпись заодно принесу. Для видимости. Вы уж извините, Василий Петрович.
— Только все сразу неси, не размусоливай, нет у меня времени тебе тут стрелки забивать. А с Олигархом надо что-то решать, тут ты прав. Мне проверки лишние не нужны. Эти комиссии у меня и так во где сидят.
— Зиночка, я прошу вас вновь сегодня задержаться после окончания рабочего дня.
— Пожилой следователь, а надолго? Я боюсь на последний автобус опоздать.
— Не переживайте, Зиночка, вас ждет приятный сюрприз.
— Какой?
— Сейчас не скажу, вам будет неинтересно остаться после работы.
— И почему все говорят, что наш начальник зануда, понять не могу.
— Пожилой следователь, вы просили меня остаться?
— А, Зиночка, чуть не забыл. Но вы проходите, проходите, вы мне действительно нужны.
— Слушаю вас, товарищ пожилой следователь.
— Зиночка, садитесь. Нам предстоит длительная и где-то даже интимная беседа, я буду чувствовать себя неудобно, если вы будете стоять.
— Интимной беседы нам точно не предстоит.
— Как знать, Зиночка, как знать. Я собственно вызвал вас вот по какому поводу. Писать ничего не надо, просто послушайте. Дело обстоит следующим образом. Как вы знаете, недавно по улице Авиаторов была взорвана квартира.
— Я что-то неправильно оформила? Начальник следственной группы майор…
— Зиночка, давайте я сначала закончу, а потом вы будете задавать вопросы. Договорились?
— Извините.
— Я продолжу, с вашего разрешения. Следственная группа свою работу в самой квартире закончила, и теперь эта квартира передана в наше распоряжение. После окончания ремонта там будет конспиративная квартира нашего ведомства.
— Конечно, конечно, я все оформлю.
— Скажите, Зиночка, а своим поклонникам вы тоже кончить не даете?
— Что!?
— Что? Фразы кончить не даете, я имел в виду, прости меня Господи. Что не скажешь, все переворачивается на изнанку. Что за народ? Я вновь продолжу, с вашего разрешения. Итак. В этой квартире будет проживать простая российская семья, но изредка там будут происходить конспиративные встречи или иные оперативные мероприятия.
— И чья же простая российская семья поселится в самом элитном доме Скова?
— Ваша, Зиночка. А что вас смущает? Насколько мне известно, ваш папа уходит в отставку.