Теперь Саймон отпускает мою руку, его бровь ползет вверх, он кривит рот в насмешливой улыбке, но ничего не говорит. Следующее сообщение от Келли, она восторженно пищит:
- Куда ты пропала? Видела Марка в «Гуччи». Мы с Десом поссорились. Достал! Позвони сразу!
Саймон пристально смотрит на меня, но мы оба знаем, что я не стану звонить ей или кому-либо другому прямо сейчас. - Она еще с Десом?
- Кажется, но знаешь что? Она сказала мне, что ей нравится Марк!
- Хм-м-м ... - задумывается Саймон, - сразу вспоминается пословица об огне и пламени.
Я киваю, соглашаясь с ним, и иду к холодильнику, чтобы налить нам немного водки со льдом. Бросаю кубики в бокал с таким звуком, будто кому-то кости ломают. Я смотрю на белую пудру в пакетике, который мы купили у Джонни.
- Не печалься, - просит Саймон.
- Нет, все в порядке, - резко отвечаю я; мне всегда нравился героин, но я совсем не похожа на настоящих наркоманов, типа Джонни, Марка или Мэтти.
- Думаю, лучше сначала нам отдохнуть, - предлагает он. - заняться любовью.
И я искренне согласна. Мы идем в спальню, я снимаю все свою сырую одежду. Стянуть с себя топ никак не удается, он такой мокрый, что просто липнет к коже. Когда я одерживаю победу в этой битве, то вижу, как Саймон медленно раздевается, аккуратно сворачивая каждый предмет одежды, и понимаю, что это с ним у меня был лучший секс. Не считая Александра, конечно, потому что ему уже тридцать четыре или около того. Старшие ребята всегда лучше, потому что они действительно хорошо разбираются в женском теле, хотя мне не сразу удалось затащить его в постель. Я делала ему минет, потому что он, кажется, считал, что это не считается изменой. Затем он сделал мне соответствующее ласку, что оказалось очень приятным, но я тогда все время вспоминала о Норе, которая портила мне все впечатление. Наш первый секс был замечательный (как и все первые разы). После всего он несколько разочаровал меня, начав разговор о своей бывшей жене, и я ему тогда прямо сказала: если мы снова будем трахаться, я не хочу слышать ни слова об этом дерьме. Не знаю, с чем это связано - с тем, что у него было не так много женщин, или с тем, что он достаточно долго был женат, но мне кажется, что после секса он начал ожидать, что я выйду за него! У него даже не было сомнений по этому поводу, но мне плевать. В постели у нас в любом случае все было замечательно. Но Саймон трахается, как взрослый, что он провел в постели целую вечность, и поэтому готов довести тебя до оргазма, даже не доходя до традиционного секса. Он может делать это не раз и даже не два, дело может затянуться на всю ночь, надо всегда быть начеку. Но после того, как проведешь с ним ночь, можно недосчитаться денег в квартире. Однако я не хочу об этом думать, мне именно это и нужно - ни о чем не думать.
Мы начинаем целоваться: грязные, мокрые поцелуи, и я чувствую несокрушимую силу его языка во мне. Он шепчет мне на ухо, - Трахал ли когда-нибудь парень тебя в твою попку? Я действительно хорош в этом.
Я начинаю возбуждаться сразу, на меня это совсем не похоже. На самом деле, это нормально - от одной только мысли о том, что огромный, толстый член Саймона сейчас окажется в мне, мне хочется кричать, но я вдруг вспоминаю о дилдо, который мне на память оставила Нора.
- Трахни меня в зад, пока я не трахнула тебя первой!
- А? .. Что? .. Как ты ...
Я спрыгиваю с кровати, бегу к шкафу и беру старый дилдо с верхней полки, потом цепляю его так, как это делала когда-то Нора - на свой лобок.
Саймон таращится на меня своими темными, сияющими глазами. - Господи, где ты это достала?
- Какая разница? Я хочу трахнуть тебя в зад, понял? - ставлю его перед фактом я.
Я вожу бедрами и вижу, как этот огромный резиновый хуй виляет то в одну, то в другую сторону.
Он с сомнением поднимает бровь:
- Идея неплохая, но ты мне это в жопу не вонзишь!
- Твой собственный хуй ему размером не уступает, - настаиваю я, хотя мне и кажется, что дилдо несколько больше.
Но этот комплимент успокаивает его, он улыбается, и в его глазах появляется предвкушение. И я подхлестываю его:
- Давай же, будет весело. А потом - ты меня.
- Ну ... Не знаю ...
- Давай, Саймон, это же тоже полезный опыт. Тебе будет значительно приятнее, чем мне.
- Ага, - сомневается он, - откуда ты знаешь?
- Потому что у тебя есть простата, которую можно стимулировать, а у меня ее нет. Мужская простата - это очень чувствительная зона. Моя подружка Рейчел - медсестра; это она мне рассказала. Тебе будет значительно приятнее, чем мне за всю мою жизнь. Посмотри на геев: они не просто так любят это дело, сам знаешь.
Он размышляет. - В самом деле?
- Действительно, - подтверждаю я и начинаю смазывать дилдо вазелином. - Я не нанесу тебе вреда.
Он недовольно морщится, будто ему кажется невозможной такая перспектива.
- Ладно, я в игре, давай сделаем это. Я такое попробую ... ну точно не с парнем!
- Тебе понравится.
- Ага, - сомневается он.
И вот он становится на четвереньки, раздвинув ноги, его выдающийся зад не слишком отличается от девичьего, за исключением того, что он более мускулистый и волосатый у самой дыры. Не то чтобы я очень пристально изучала девчачьи зады и дырки, но в моем представлении на них должно быть меньше волос. Я пристраиваю конец дилдо к его жопе и начинаю медленно его засовывать. Его зад легко позволяет мне вставить головку дилдо, но потом становится совсем туго.
- О ... Господи ...
- Как ты? Все в порядке?
- Да, - огрызается он.
Я продвигаюсь немного дальше. Затем вытягиваю дилдо и снова сую его вперед.
- О ... О-о-о ... А это довольно пикантно ...
Я ложусь на него, и он медленно опускается на матрас, оставляя меня сверху. Я вхожу и выхожу, трахаю его медленно. С каждым разом в его жопу входит все большая и большая часть дилдо, его тело напрягается и расслабляется, потом - снова напрягается. Он стонет, обеими руками крепко схватившись за простыню, но хорошо не только ему.
- Как же это хорошо ... Я трахаю тебя в жопу, сучка с Банана-Флэтс, - выдыхаю я с наслаждением, пальцами дергая свой клитор и держась другой рукой за его плечо.
Мои пальцы и дилдо, резиновая поверхность которого трет мои половые губы, доводят меня до белого каления, пока я трахаю его, трахаю парня, и клянусь - мне так хорошо, так нравится держать все под контролем, проникать в него ...
Я в нем, в нем, я в нем ...
- О-О-О! - вдруг вздрагивает Саймон, кончает и спокойно обмякает. Он тихонько стонет, немного задыхаясь собственной слюной.
Я все еще работаю над своим клитором И ВОТ-ВОТ КОНЧУ, БЛЯДЬ!
- А-А-А ... КАК ПРЕКРАСНО ... ВАУ ... О-О-О ... О-О-О ...
Я падаю на спину Саймону. Мы - как пара Александровых поваленных вязов, которые вот-вот сожгут в крематории. Я некоторое время лежу на нем, чувствуя каждый его позвонок и мышцы на спине, прижимаюсь к нему своими обнаженными грудью и животом. Затем я подаюсь немного назад, вынимая дилдо из его зада.
Он отпускает эту игрушку так естественно, будто это дерьмо выходит из его жопы, и снова падает на простыню. Я отстегиваю волшебный прибор и разглядываю его на свету. Он сияет от вазелина, но на нем ни следа дерьма.
- Как ты? Тебе понравилось?
- Это было ... немного похоже на медицинский осмотр, - ворчит он, уткнувшись в подушку. Я бросаю дилдо на пол и переворачиваю Саймона на спину. Он угодливо подчиняется, но его глаза уже закрываются. Потом я вдруг замечаю липкие пятна спермы на простыне, по его животе и груди.
- Ты кончил!
- Правда? .. - Он удивленно открывает глаза и возбужденно садится на кровати. - Я и сам не заметил.
Затем он отводит взгляд от этого беспорядка и смотрит на меня глазами, полными паники:
- Слушай, Эли, ты никому не скажешь?
- Да нет, о таких делах я не рассказываю, это останется между нами!
- Хорошо ... Хорошо ... - растерянно отвечает он.
Мы снимаем грязную простыню и устраиваемся в постели.
- Это оказалось довольно приятным, но только благодаря тебе, - говорит он, притягивая меня ближе к себе.
Мне нравится его аромат: большинство ребят воняют, но от Саймона пахнет приятным хвойным парфюмом. Именно так я себе всегда и представляла настоящий дорогой парфюм.