- Это - вопрос чрезвычайной важности, - рассказывает Кремовая Рубашка (как они его уже успели окрестить), пялясь на Кайфолома, который стоит чуть позади всех остальных вместе с Рентон и Никси. - Я понятно говорю?
- Так точно! - рявкает Кайфолом, и все рабочие обращаются к нему, когда он добавляет: - Да кораблю с места не тронется, если придем неопрятные!
Кремовая Рубашка смотрит на него так, будто он какой хуйню мелет, но потом решает, что он прав, и поэтому спускает Кайфолому эту вольность. Они отправляются в тур по судну. Рентон и Кайфолом мгновенно узнают ту девушку с невероятной прической, которую видели тогда на собеседовании.
- Единственная девушка здесь, на которую взглянуть и не страшно, - презрительно говорит Кайфолом Рентону. Затем он кивает головой в сторону двух женщин, стоявших совсем близко к ним: - Вот те красотки, мохнатые бочко-девки, уже мне улыбаются. Но простите, девушки, вы обречены потеть на кухне до конца своей жизни, а не в постели удовольствия всевозможные познавать!
Рентон с интересом рассматривает их, решая, что одна из них - не такая уж и страшная, но в конце концов его взгляд останавливается на их первоочередной целью.
- Так что, охотишься на обезьянок?
- Ты такой неопытный, да еще и сексист ... Тот факт, что у красотки есть ребенок, еще не значит, что ее надо обязательно сбрасывать со счетов, - шепчет Кайфолом.
Рентон перестает обращать на него внимание.
- Сладенькая сучка, - облизывает он губы, снова и снова оценивая взглядом девушку с копной волос; это вероломное движение замечает и Кайфолом, но Рентон все равно говорит тихонько, пока они спускаются по ступеням: - Роскошная девушка.
- Приемлемая, Рентон, не роскошная. - Кайфолом вдыхает побольше воздуха, надеясь, что хотя бы незначительная его доля достигнет его ног.
- Иди на хуй, только посмотри на ее волосы, как у Роберта Планта, - отвечает Рентон, когда инструктор выводит их на следующую палубу, теперь они оказываются на корме.
Он видит Никси, который ковыряется в заметно покрасневшем ухе, но нигде не замечает Мерриота.
- Вы - слишком озабоченный молодой человек, мистер Рентон. Вы говорите «Роберт Плант». А мне приятнее думать о Фарре Фосетт-Мейджорз, - отвечает ему Кайфолом, пока Кремовая Рубашка, крепко сжав поднос в руках, недовольно смотрит в их сторону.
Он уже сделал для себя какие-то выводы, и для того, чтобы перекричать незаинтересованных слушателей, он говорит громче, но его голос срывается на ужасных децибелах. - Значит, когда слышите сигнал опасности, каждый должен выполнять свою определенную функцию в плане эвакуации.
- Да, но волосы просто замечательное, - убеждает Рентон - как на него не смотри. Кстати, Фарра Фосетт - это хуйня, а вот Кейт Джексон – самая сексуальная из «Ангелов Чарли». Этот ее низкий голос ...
Кайфолом смотрит на Кремовую Рубашку, который выдыхает горячий воздух через сжатые пидорские губы, благодаря которым он точно имеет чрезвычайную популярность в Пидорляндии, и рассказывает, что и как надо делать, если судно начнет тонуть. Ага, блядь, на хуй все эти правила - если такое случится, каждый побежит до ближайшей спасательной шлюпки, отталкивая каждого на своем ебаном пути. Он придвигается ближе к Рентону.
- Сейчас мы говорим о женщине, Рентс. О сексуальной женщине. Мы можем спорить, кто лучше - Фосетт или Джексон, Плант или Пейдж, но аналогия, которую ты выбрал в данном контексте, тревожит меня своей откровенной гомосексуальностью. Ты, часом, на этом судне ориентацию не изменил, Рентс? - спрашивает он, в результате чего Кремовая Рубашка хмурится еще больше и говорит еще громче.
- ... знать, где находится каждый эвакуационный пункт ...
- Отъебись, твой хуй - последнее, что я хотел бы взять в рот, - отвечает Рентон так громко, что его слова слышит Девушка-с-высокой-прической, которая сразу прикрывает рот ладонью, чтобы скрыть смех.
- Мой - возможно, но насчет других хуев я не уверен. Понимаешь, о чем я?
- Это была простая фигура речи, бля, - шепчет Рентон. - Я - в одной из тобой команде, инфа - сто процентов.
Девушка-с-высокой-прической снова оглядывается на них, на этот раз останавливая на них свой взгляд, и Кремовая Рубашка снова повышает тон:
- Согласно акту об охране труда от 1974 ...
- Рад это слышать, - говорит Кайфолом Рентону.
- Вот и не говори тогда ерунды.
- Господи, - саркастически вздыхает Кайфолом, - сам посмотри. Я всегда мечтал о том, чтобы увидеть твои плохо окрашенные волосы с рыжими корнями и твои гнилые зубы у своих яиц. Это же - моя лучшая сексуальная фантазия с тех пор, как я был маленьким, как кузнечик. И теперь ты берешь и разрушаешь все мои ожидания. Горе мне!
Возмущение в его голосе конце этой эмоциональной тирады привлекает внимание и вызывает смех других рабочих, и терпение Кремовый Рубашки иссякает.
- Возможно, - говорит он, окидывает Кайфолома встревоженным взглядом и смотрит в свой список, - Саймон ... поделится своей замечательной шуткой со всеми нами? Кажется, это гораздо важнее, чем охрана труда на этом корабле!
- Никаких шуток, э-э-э ... Мартин, - вдруг этот стильный шотландско-итальянский парень вспоминает, как зовут их наставника. - Я просто говорил своему другу, что как сын морских волков, которые поколениями путешествовали океаном между китами, траулерами и торговыми флотилиями, должен признать, что «Силинк» предоставил нам уникальную возможность.
Подозрительный взгляд кремовый Рубашки свидетельствует о том, что он все же догадывается, что его обманывают. Однако Кайфолом сохраняет каменное выражение лица, и его манипуляция проходит на «ура».
- Спасибо, Саймон ... Наверное, это не лучшая работа в мире, - эмоционально говорит он, - но и не худшая. Впрочем, эта часть инструктажа - важнейшая, поэтому попрошу всех и каждого уделить все возможное внимание.
- Да, Мартин, я просто не смог сдержать своего восхищения, - мило улыбается Кайфолом, - пожалуйста, простите меня.
Кремовая рубашка ограничивается вежливой улыбкой, от которой Кайфолома мутит, и его спасает только восхищенный шепот Рентона:
- Классика, Кайфолом, особенно эти твои «флотилии» вместо «судов». Я чуть не захохотал!
Никси пристает к Рентону с очередным вопросом о смысле жизни.
- О чем это он, Марк? А?
Хороший вопрос, думает Рентон, краем уха прислушиваясь к Кремовой Рубашки.
- ... законодательство было в значительной степени ограничено до уровня закона о чрезвычайных полномочиях. Его цель - возложить ответственность за здоровье и безопасность на рабочем месте на плечи каждого отдельного рабочего. Таким образом, все мы, в некотором смысле, инспекторы по охране труда, отвечающие по ...
Мы все берем на себя ответственность, вспомнил он слова отца о малом Дэйви. Тяжелый удар бескомпромиссной смерти снова поразил Рентона: он вдруг понял, что никогда больше не увидит и не услышит своего брата. Он глотает несуществующий клубок в горле но смерти не избежать, вспоминает он одну старую пословицу.
Мысли о малого Дэйви заставляют его вспомнить и о собаке Чека. В последнее время он начал гавкать ночью, эти резкие, ритмичные звуки напоминали ему кашель малого Дэйви. И поэтому Рентон был единственным, кто считал должное сделать хоть что-то для бедного пса, чтобы прекратить свои бесконечные страдания. Он один вставал ночью, чтобы накормить бедного щенка. Однажды ночью он нашел Чека у пакетов со спидом, которые лежали на журнальном столике.
- Плоховато тебе с нами жить, друг, - грустно сказал он тогда, с удивлением для самого себя заметив, что слишком привязался к этому животному.
Рентон с восторгом относился к тому, что Чеку не нужны все эти лишние ритуалы вроде умывания, чистки зубов, одевание ... Ему только все время хотелось погулять в парке. А еще ему нравилась внимание девушек, в котором постоянно купался пес во время прогулок по Лондонским полям. О-о-о, какая красивая собачка!