Ха-ха, эта собака сделает меня всю работу и найдет мне хорошенькую телочку.
Но Никси никак не хочет затыкать рот:
- Что, черт побери, мы здесь делаем, Марк? То есть ... зачем мы здесь … на самом деле?
Что это мудак знает о жизни? - думает Рентс, когда в его поле зрения конце- концов появляется Мерриот - он стоит, неподвижный, сложив руки на груди.- ... поэтому первое, что нам нужно, - продолжает Кремовая Рубашка, уже совсем отчаявшись привлечь к себе внимание всей дюжины рабочих, - это два волонтера, которые будут исполнять роль инспекторов по охране труда ... Нам нужны крепкие ребята ... или, конечно, девушки, поэтому, пожалуйста, поднимите руку, если вам это интересно.
Никто не поднимает руки, большинство голов опущены, взгляды блуждают по зеленому полу палубы.
- Давайте, - призывает Кремовая Рубашка - это же охрана труда! Это касается всех нас!
И снова никаких волонтеров. Все украдкой смотрят друг на друга. Горько качая головой, Кремовая Рубашка просматривает свой список и снова задает свой вопрос.
Рентон понимает, что у него начинается ломка. Ему надо остаться одному.
К счастью, Кремовая Рубашка волевым решением выбирает на роль инспекторов молодого человека с мордой, покрытой различными шрамами, который постоянно моргает, и одну из Кайфоломовых бочкообразных любимиц. Второй инструктор становится рядом с Кремовой Рубашкой и обреченно объявляет:
- Теперь, если вы готовы отправиться к своим каютам, чтобы переодеться в форму, мы встретимся через двадцать минут в столовой, где вас ознакомят с новыми рабочими местами.
Они покидают палубу, Рентон немного задерживается, надеясь познакомиться с Девушкой-с-высокой-прической, но ее внимание приковано ко второму инструктору, которого он окрестил Бежевая Блуза и поэтому он тоже спускается в помещения для персонала. Когда он добирается до каюты, то видит, что Никси уже там, переодевается в новую форму, а сумка «Силинк» лежит у его ног.
- Как ты?
- Хуево, друг, - отвечает тот, надевает кремовую рубашку на свое худое тело и застегивает ее на все пуговицы, затем завязывает на шее галстук и надевает жилет, который великоват для него, а потому висит мешком. - Давай, увидимся в столовой.
- Ага ... - отвечает Рентон, выпуская его из каюты.
Он оставляет героин в кроссовках и достает немного спида из пакетика, спрятанного в кармане джинсов. Это - единственный способ пережить эту первую смену. Как только дурь начинает действовать, он направляется в столовую, где встречается со всеми остальными. Чувствует себя он ужасно, будто его избила бешеная толпа, от спида всех героинщиков плющит только сильнее, и теперь его переполняет бешеная энергия.
Развязность амфетамина придает ему сил, и он чуть не влетает в столовую, не замечая бесконечной череды дверей. Удача любит смелых, поэтому очень скоро становится понятно, что Кремовая Рубашка считает, что он присоединился к команде Бежевой
Блузы, в то время как последний считает с точностью до наоборот. И чтобы не разочаровывать не одного из них, Рентон выбирает нейтралитет, свободу от расписания дежурств, или как там оно правильно называется; он просто станет бродить по кораблю как призрак.
За едой уже выстроилась очередь. Рентон не проголодался, но суп с чечевицей на раздаче выглядит довольно съедобным, и он понимает, что должен съесть хоть что-нибудь. Он издевается над поваром, такого надменного с его военной и высоким шляпой.
- Как дела, поваренок? - спрашивает он, играя на публику; токсичная энергия спида только подпитывается от бодрых возгласов дам, одобрительного хохота джентльменов и замечательной улыбки Девушки-с-высокой-прической. Повар никак на него не реагирует: со своими очками в черной толстой оправе и красным веснушками на шее, он кажется тлеющим вулканом с белой лавой. Несмотря на воздействие наркотика, Рентон вдруг понимает, что эта наглость может стать его последней ошибкой здесь. И это мнение только подтверждает опытный английский пидорас-стюард:
- Не заебывай повара, друг, он - настоящий ублюдок.
Рентон никогда не слышал такого выражения – «не заебывай повара».
Никси уже ушел, Кайфолома тоже нигде не видно, но красотка Фосетт-Плант как раз общается с одной из мощных девушек, и Рентон решает отказаться от супа и продолжить свои странствия, только бы избавиться холодного, опасного взгляда повара. Когда он выходит из столовой, то слышит, как кто-то на кухне спрашивает:
- Ну и кто такой этот малый шотландский мудак?
Поднимаясь вверх по лестнице, Никси начинает задыхаться. Он видит впереди бортовые иллюминаторы, через которые проглядывает море. Они выстраиваются на палубах - весь персонал ждет, пока загрузятся транспортные средства и пассажиры. Он видит, как Мерриот тайком курит сигарету, опираясь на лестницу, его покрасневшие глаза выделяются на его страшном, как у мертвеца, лице. Он смотрит куда-то в сторону, и когда Никси прослеживает за его взглядом, то видит Кайфолома, который разговаривает с той телкой с пышными белокурыми волосами. Окинув взглядом ее небольшую грудь, женственную фигуру и волосы, растрепанные ветром, Никси думает: сладкая. Привлекательная, но похотливой страсти не вызывает.
- Травка есть? - спрашивает ее Кайфолом.
- Да, немного запаслась, - отвечает она, пытаясь обуздать свои безумные кудри, когда на трапе появляются первые машины и пассажиры шагают по мостику, безнадежно надеясь, что бар уже открыт.
Кайфолом случайно слышит, как Кремовая Рубашка говорит своему молчаливому товарищу:
- Вот что меня вдохновляет. - Он радостно потирает руки, наблюдая за пассажирами, которые поднимаются на борт. - Именно в такие моменты я понимаю, почему работаю здесь.
Кайфолом тоже таращится на пассажиров и решает, что уже ненавидит каждого из них. Затем к нему доносятся чьи-то болтовня типа «Манчестер, бла-бла-бла ... », это на борт поднимается какая-то компания молодежи с бледными лицами, где-то одного с ним возраста. Он снова поворачивается к девушке с выдающимся волосами.
- В таком случае, я еще загляну в твою каюту позже. Ни за что не усну, не покурив.
- Договорились, - говорит она, кивая головой в ритме песни, которую напевает кто-то из пассажиров. - Я - Шарлин.
- Саймон, - коротко кивает Кайфолом.
Кремовая рубашка выкрикивает инструкции встречающему персоналу, пока британцы потоком поднимаются на судно. Никси бочком продвигается к другому пролету металлической лестницы, чтобы попасть на верхнюю палуб. Внезапно воет сирена и заводится двигатель корабля, от которого начинает все дрожать и грохотать. Корабль медленно выходит из гавани, набирая скорость, в суматохе криков чаек. И вот они в открытом море. Вдруг позади него слышится громкий звук шагов, и кто-то орет во все горло: - Никси, блядь! Он оборачивается и видит длинную челку Билли Гилберта, одного старого товарища из Вест-Хэма, одетого в светло-коричневую адидасовскую майку. Он сразу выделяется из команды ребят, которые идут по палубе за ним. Они все выглядят немного смущенно, как борзые, которые попали в ловушку и теперь ждут, пока откроется дверь и они смогут вырваться на свободу. Билли быстро окидывает взглядом униформу Никси:
- Хороший прикид, друг. Высокая мода - только так это и можно назвать.
Только Никси стерпел от одного скалозуба, как сразу встречает другого - одного друга из Илфорда, Пола Смарта, и еще нескольких ребят, с которыми он когда-то был знаком. Он не понимает, что происходит:
- Бля, в чем дело?
- Иди ты, Никси, настоящим нариком стал. Тебя что, совсем не кормят на этом «Титанике»?
Он задыхается, но быстро справляется и выжимает из себя улыбку:
- Да, извини, Билли, не все так плохо - корочки хлеба для нас здесь оставляют.
- Посмотрим игру в свободное время?
- Думаю, да, - врет Никси. Хотя он и читал в «Стандард» об игре, однако почему-то думал, что первая игра Кубка УЕФА состоится в Аптон-парке. - Если освобожусь вовремя после этой гребаной смены, обязательно зайду, - обещает он.