— Ваша справедливость пахнет кровью.
— Зато честно, — Гольдберт обошел меня, словно мы на прогулке, даже не погнал, как подчиненную, словно знал, что я не отступлю от него ни на дюйм. Он направился к машинам.
Я, не отставая, напоследок решила оглянуться, выискивая мальчишку с площади. Не надеясь увидеть его, я все же заметила Славку, словно специально наблюдающего издали, — он сидел под стеной дома и что-то мыл. Смотрел мне вслед не с сожалением, а с вызовом. В его взгляде читалось недоверие, и за это мне пришлось расплатиться. Я пообещала себе, что, если смогу выпутаться, то найду этого негодяя.
Артур некоторое время наблюдал за мной, и я каждый раз незаметно закатывала глаза.
— Вы знаете, что меня ждет, если я вас не накажу?
— А что меня ждет, если я не сбегу? — раздраженно констатировала я. Его губы слегка дрогнули — почти улыбка.
— Вы удивительны. Даже сейчас не просите пощады.
— А вы её даёте?
От боли хотелось выть, но гнев выливался в слова. Артур это понял и даже перестал посмеиваться. Затем, что-то обдумав, отрезал ровно, как лезвие:
— Где ваш коллега? Руслан.
— В главном цеху. Разбирает двигатели, наверное, — без паузы ответила я, бросая взгляд на его безупречно чистые перчатки. Врать нужно быстро и убедительно.
— Странно. Дежурный докладывал — цех опустел получаса назад.
Ложь. Он никого не отправлял. Артур притворился задумчивым. Моя реакция важнее правды.
— Ваш дежурный? Тот, что с моего приезда засыпает на посту у склада? — чуть не засмеявшись, выдохнула я.
— Как проницательно... Ты следишь за моими людьми внимательнее, чем я, — мягко, но с прищуром ответил Гольдберт. Он замер, его глаза потемнели. Затем медленно повернулся, указывая вперед: — Интересно, сколько шагов ты сделаешь, прежде чем заплачешь?
Я пошла вперед, не оборачиваясь. Своего он не добился, и это было важнее награды или бегства.
— А вы считайте. И не забудьте аплодировать, когда я дойду.
Автор приостановил выкладку новых эпизодов