Здесь! Норман остановился на краю лужи, и его тень, подобно туловищу аллигатора, легла на ее дно. Почувствовав легкую вибрацию воздуха, Майк напряг зрение, и тут сквозь мутную пленку воды он явственно различил печальное лицо Марианны.
— Жди нас дома, Майк, — тихо сказала девушка.
Снова легко завибрировал воздух и видение исчезло.
«Даже если вам назначает свидание утопленница, вы должны выглядеть элегантно», — таков был принцип Майка, поэтому он по пути домой посетил модный салон.
Когда запыхавшийся, украшенный парикмахером, словно новогодняя елка, Норман влетел в свою квартиру, то не поверил глазам — в его постели лежали две смертельно красивые девчонки: одна — темненькая, как крыло ласточки, вторая — светленькая, как ее брюшко.
Теряя голову, он опустился на кровать навстречу лилиям и орхидеям, которые и сами тянулись к нему. Юные прекрасные змейки обвили и стиснули своего удава, самозабвенно отдаваясь ему, проваливаясь вместе с ним в темную, пьянящую бездну сладострастия, и тут же поднимались к сияющим вершинам искреннего чувства!
— О, как я счастлив! — восторженно шептал Майк. — Но кто вы, люди или существа, сотканные из телевизионного эфира?
— А ты кто, Майк? — поцелуй Эстер белой розой лег на его губы.
— Меня родила женщина.
— Ты видел это, Майк? — поверх белой розы легла красная — это был поцелуй Марианны.
— Нет, моя прелесть. Не видел.
— Мы тоже не знаем, откуда мы. И нам страшно, Майк, — Эстер пушистым белым котенком прижалась к Норману.
— Бедняжки, — он обнял их обеих. — Я спасу вас или умру, — так же тихо прошептал Майк, с ужасом осознавая свое бессилие.
— Спасешь для того, чтобы сделать нас своими любовницами? — Марианна нежно и грустно коснулась его плеча.
— Я женюсь на вас обеих, — неуверенно сказал Норман, представляя завистливое и, в то же время, осуждающее лицо Морли. — Женюсь, даже если вы не люди.
— Мы люди! Мне было больно, — Эстер подняла руку — на ее пальчике чистейшим рубином горела капелька крови.
— Конечно, люди, — Майк обнял девушку.
«Они воссозданы из эфира чистыми и невинными, значит, они принадлежат только мне», — сердце Нормана тревожно и счастливо замерло.
— Вы пришли, чтобы отомстить Гонзалесу, Эстер?
— Не только. Мы с Марианной любим друг друга, а он в каждой серии стравливает нас. Это причиняет нам невыносимые муки. Да, мы надеялись рассчитаться с ним, но предпочли любовь мести. Ты так похож на дона Филиппо, Майк, — Эстер умолкла.
— В эти минуты, — Марианна с робкой надеждой посмотрела на Нормана, — по телевидению идет последняя серия. Мы исчезнем навсегда, неотмщенные, униженные.
— Я боюсь, Марианна, боюсь темноты и небытия. Ведь от нас не останется ничего, даже цветка на могильном холмике, — зарыдала Эстер.
Майк прижал к себе мокрое от слез лицо девушки, чувствуя, как у него у самого на глаза наворачиваются слезы:
— Любимые, я сумею спасти вас!..
Но лицо Эстер, словно солнечный зайчик, выскользнуло из его рук, поплыло, растворяясь и исчезая.
— Нет!!! — закричал Майк.
* * *«Месть! Клянусь вам, девочки, я сделаю то, что не смогли сделать вы своими нежными руками…»
— Нежными руками… — повторил он и вдруг разрыдался. Майк рыдал так же безутешно и жутко, как тогда, когда потерял свою Эолу. Он чувствовал себя усопшим, низвергнутым из рая в ад.
Прокусив насквозь губу, он слезами боли остановил слезы отчаянья. Не разжимая челюсти, Майк быстро собрал походный саквояж. Оставалось заехать в полицейский арсенал за оружием.
Сев в «Форд», Норман потянулся к рулю и вдруг отпрянул — на лобовое стекло ляпнулась огромная зеленая капля. Вот это птичка! Детектив включил стеклоочиститель. Но в тот же миг вся машина была облеплена противной зеленой слизью. В ней стало темно. Машина поднялась в воздух и полетела куда-то, набирая скорость.
Когда она, наконец, остановилась, мягко осев на пружинах, Майк ударом плеча распахнул склеившуюся дверь.
«Форд» стоял посреди огромной зеленой пещеры! Норман увидел застывшие в ужасе фигурки людей и гигантскую змею, которая тащила за ногу женщину, вцепившуюся в бампер заплывшей зеленой слизью машины. Это была Лиз Коннели!
Не раздумывая, Майк кинулся к гадине. Заметив его, чудовище оставило актрису. Его шершавый хвост обвился вокруг бедра Нормана, пытаясь вывихнуть сустав, а беззубая пластичная пасть вцепилась в шею.
Пригнувшись, Майк запустил руку по самый локоть в пасть бестии и, ухватив ее горячий, мокрый язык, рванул его на себя! Жуткий звук, похожий на визг тормозов, потряс своды пещеры. Из пасти змеи ударил фонтан отвратительной зеленой жижи.