«Приметливый, сволочь,» – невежливо подумал я и заявил:
– В замке этой твари полно барахла, ваше величество. Насчет того, чтобы дракона не грабить, уговора не было!
– Ясно… – Король смотрел на меня с хитроватым прищуром. – Однако у моей дочери иная версия событий. По её словам, ты ворвался к ней в комнату вечером, напугав до полусмерти своим непотребным видом, и куда-то поволок. По дороге вас застиг дракон, и дальнейшего моя дочь не помнит, ибо погрузилась в беспамятство. Очнулась она всё в той же комнате, уже утром, и через несколько минут снова ворвался ты и, не дав бедняжке даже обуться, потащил прочь из замка… Что ты скажешь на это?
«Дрянь и стерва,» – уныло подумал я и сказал, стараясь изъясняться высоким штилем:
– Ваше величество, принцесса обессилела в плену, она была страшно напугана, возможно, бредила. Неудивительно, что моё появление произвело сильное впечатление на её смущенный разум. Что до меня, то я подтверждаю: утром дракон улетел, я пробрался в замок, выкрал принцессу, а к полудню мы были уже далеко…
– И дракон не преследовал вас, обнаружив пропажу пленницы? – приподнял брови король. – Ты чего-то не договариваешь, мерзавец…
– Ваше величество, – начал я, тихо свирепея. – Не всё ли равно, каким способом я вызволил принцессу? В моём контракте сказано лишь, что я обязан спасти её за определенную плату, каковую я и хотел бы сейчас получить…
– Ты ничего не получишь, – ласково сказал король и рявкнул: – Стража!!
Беседа наша происходила в приватной обстановке, что предполагало наличие укрытых от посторонних глаз телохранителей, но я даже предположить не мог, что их будет столько!
Я вмиг позабыл о деньгах и схватился за меч. Проклятье, я ещё не успел к нему приноровиться, и легкость его только мешала! Однако от первой троицы я отмахался вполне успешно, ещё двоих удачно спеленал портьерой, оценил количество оставшихся да и сиганул на подоконник. Внизу простирался мощеный двор, и прыгнуть означало как минимум переломать ноги…
Спасло меня то, что этот дворец только назывался дворцом, а был всего лишь большим курятником. Иначе как объяснить тот факт, что груженые подводы на дворцовую кухню проходили как раз под окном королевского кабинета? Прыгать на телегу не в пример приятнее, чем на камни. Если только на телеге не кочаны капусты… А телеги, как назло, закрыты плотной тканью… Ну, была не была!
В полете я успел подумать, что попади я в куриные яйца или в какие-нибудь мягкие фрукты, буду выглядеть просто потрясающе, и тут же грохнулся на подводу. Там оказалось что-то довольно твердое, но не так, чтобы слишком. Было больно, но не смертельно. Я здорово отбил левый бок, но меч ухитрился не выронить. Соскочил с подводы, перепугав возницу, и засвистел что было силы. Своего коня я никогда не привязываю, а он обучен слушаться свиста…
Через несколько минут я уже несся сломя голову по узким улочкам. Стража была слегка озадачена моей неожиданной прытью, а потому потеряла драгоценное время. Ищи-свищи ветра в поле…
Чтобы не маячить на глазах у королевских сыскарей, я, недолго думая, отправился вслед за бандой Сивого Мерра. Сивый мне обрадовался, и пару лет мы лихо разбойничали на юге, помогая тому князьку, что щедро нам платил, насаждать власть и порядок. Правда, насчет хорошей погоды Сивый явно приврал. На этом клятом юге то было невыносимо жарко, то на несколько недель заряжал чудовищный ливень. Там же половина нашей компании подцепила какую-то мерзкую лихорадку, вылечиться от которой было решительно невозможно. Меня, правда, эта зараза миновала, что уже само по себе было большой удачей.
Однако эта веселая жизнь продолжалась не так уж долго. Вскоре наш князек утвердился на престоле, завел себе регулярную армию (куда взял всех желающих из банды Сивого), расплатился с нами и недвусмысленно намекнул, что теперь наступает эпоха мудрого и милосердного правления, и нас, головорезов, князь видеть рядом с собой не желает, дабы не вредить собственному добродетельному образу. Мы, впрочем, не обиделись. На то мы и наемники, чтобы пользоваться нашими услугами, а потом отправлять восвояси, когда в нас отпадет надобность.
После этой кампании я ещё несколько лет мотался по миру, прибиваясь то к одной армии, то к другой. Моя профессия всегда востребована. Другое дело, что жизнь далека от безмятежности, но я знал, на что шел, когда выбирал свой путь…
В конце концов, мне надоело ходить под смертью, и я решил вернуться в родные края. Навестил мать: она всё ещё ждала отца. Когда мне исполнилось четырнадцать, он ушел из дома и больше не вернулся. Он вообще был очень странным человеком. Никто не знал, откуда он родом и как вообще появился в наших краях. Иногда в разговоре он словно бы случайно употреблял совершенно непонятные слова (вроде того самого «неспортивно»). Некоторые он мог объяснить, а некоторые то ли не мог, то ли просто не хотел. Удивительно замысловато ругался, каковое умение я не без полезности у него перенял. Любил рассказывать всякие забавные, а иногда и страшные истории. И всегда мне казалось, что есть у отца какая-то тайна, но вот какая, я так и не узнал…