Неужели этот придурок не помнит меня? Я хорошо ему навалял в нашу первую встречу. Или он совсем мозг пропил?
— Дима меня зовут. Я её парень. — сказал я, пытаясь сохранить хладнокровие. — А ты по всей вероятности Рома. Она мне рассказала о тебе всё.
— Парень? Хуярень! — захохотал он, пошатываясь. — Нинка! Тащи свою задницу сюда!
Она тихонько подошла сзади и положила дрожащую руку мне на плечо.
— Всё в порядке, Дима, — проговорила она слабым голосом.
Было видно, что Нина сильно напугана. Нихера не в порядке. Этот мудак следил за ней, угрожал и преследовал. Насколько нужно быть больным на голову, чтобы припереться ко мне домой? Неужели он не видел, что она всегда со мной.
Моя рука сжалась на дверном косяке, когда я уставился на Рому. Пусть только попробует рыпнуться.
— Ты походу что-то попутала, Нина, — медленная жестокая улыбка расползлась по пьяной физиономии Романа. — Иди домой, дура.
— Мы расстались с тобой больше месяца назад. — пальцы Нины впились мне в руку. Всё её тело дрожало. — Уходи и больше никогда не возвращайся.
— Расстались? — он издал гадкий смешок. — Мы расстанемся, когда я это решу. Поняла ты, тупая сука?
Горячая и неудержимая ярость обожгла мне лицо. Я шагнул вперед, закрывая собой Нину.
— Следи за своим языком, придурок!
— Ты что, чепушила, думаешь, можешь мне указывать, как базарить со своей шмарой? — его ноздри раздулись, и руки сжались в кулак.
Нет, это он понятия не имел, с кем сейчас говорит. Если он посмеет ещё раз высказаться в адрес Нины, я вырву ему кадык голыми руками. Позади себя я услышал её тяжелый вздох.
— Рома, пожалуйста, уходи. — твердо сказала она. — Иначе я вызову полицию.
— Ты пожалеешь об этом, тварюга! — в его глазах пробежала ненависть. — Думаешь, можешь просто послать меня? Ты жалкий кусок говна без меня.
Я снова шагнул вперед, на этот раз отталкивая его дальше от двери.
— Ты оглох? — мой голос был тихим и угрожающим. — Девушка тебе сказала уйти. Так что вали отсюда.
На мгновение я подумал, что он собирается меня ударить. Его буквально трясло от сдерживаемой ярости. Но затем, усмехнувшись, он развернулся и ушёл. Его шаги эхом отдавались в подъезде. Мне показалось, что этот урод был не столько пьян, сколько обдолбан. Драться со мной он бы не смог.
— Всё хорошо, — я повернулся к Нине и обнял ее. — Он ушёл. Я рядом.
Успокаивая Нину я не мог избавиться от чувства, что это еще далеко не конец. Такие люди — как пиявки. Так просто не отступают. Я сделаю все, чтобы уберечь Нину, неважно, какой ценой. Любой ценой. Даже если это означало обратиться за помощью к отцу.
Нина прижалась, уткнувшись лицом мне в грудь, и я почувствовал ее прерывистое дыхание. Хочется взять ее на руки и увезти подальше от всех проблем. Но все не так просто. Слова Романа эхом отдавались в моем сознании, и я крепче сжал Нину в объятиях. Если он захочет навредить моим девочкам, сначала ему придется разобраться со мной.
— Прости меня… — прошептала Нина тихонько. — Мне очень жаль, что впутала тебя в такую историю. Мне вообще не следовало переезжать к тебе.
— Эй! Ну-ка, посмотри на меня! — я нежно взял ее за подбородок. — Тебе не за что извиняться. Я счастлив, что вы с Полюшкой со мной, и готов горы свернуть ради вас. И ради малыша у тебя в животике.
— Ты сказал Роме, что мы встречаемся… — она посмотрела в мои глаза. — Это его взбесило. Теперь он будет пытаться тебе отомстить.
— Мне все равно. — я прокашлялся, пытаясь подобрать слова. — Я не хочу быть просто другом. Мне нужна семья. Мне ты нужна! Конечно, если только сама не против…
— Ты серьезно? — ее пухлые губки приоткрылись от удивления.
— Конечно. — я кивнул, смахивая большим пальцем слезу с ее щеки. — Может, сейчас не совсем подходящее время для подобного предложения. Но если ты согласишься быть моей, обещаю, я буду биться за наше счастье как волк.
— Мне бы тоже очень хотелось попробовать быть вместе… — руки Нины оплели мою шею, и она уткнулась носом мне в шею. — Но я чувствую, что приношу лишь проблемы.
Я поцеловал ее в макушку, чувствуя, как в груди кипит неистовая радость. Нам будет сложно, я это понимаю. Роман так просто не отцепится от этой женщины. Но сейчас, прямо в этот момент, мне важнее всего осознавать, что Нина теперь моя. Это все, что мне нужно знать. Единственное, чего я боялся — показаться слишком напористым.
— Ты уверена? — прошептал я, давая ей последний шанс хорошо подумать.
Вместо ответа она поднялась на носочки и страстно поцеловала меня. Мир рухнул, когда я почувствовал ее нежные губы и сладкий вкус. Руки скользнули в шелковистые волосы, и я прижал ее бедра ближе. Нина прильнула, издав тихий стон, не размыкая губ. Моя сладкая девочка. Только моя и ничья больше!