Отбросив страх, я решительно нырнул в огненный ад. Жизни людей, оказавшихся в ловушке, зависели от наших действий. Жара обрушилась, словно стена, когда мы углубились в здание, густой дым застилал глаза. Треск пламени и стон слабеющей конструкции наполняли воздух, температура росла с каждой секундой.
Это был худший пожар из всех, что мне доводилось видеть. Впервые я поймал себя на мысли, что могу не выбраться отсюда живым. Что будет с Ниной и Полинкой, если я не вернусь? Раньше это меня не так сильно беспокоило, но теперь все было по-другому.
— Ближе держись! — скомандовал Василий Петрович, его голос был приглушен маской. — Нам нужно пролить водой пол и стены.
Я кивнул и постарался всмотреться в пространство через густой заволакивающий дым. Мы старались двигаться как можно осторожнее, обходя груды мусора. Мерцающее пламя отбрасывало жуткие тени, искажая окружение. Легкие горели все сильнее, несмотря на кислород, поступающий из баллона. Вес снаряжения, казалось, удваивался с каждым шагом, но я боролся с усталостью, зная, что каждая секунда на счету.
Мы добрались до первой площадки. Петрович подал знак принять на себя инициативу. Я шагнул вперёд, сердце колотилось в груди. Дверь в коридор была приоткрыта, из разных квартир доносились приглушенные крики о помощи.
Я толкнул дверь, и порыв обжигающего воздуха ударил в лицо, едва не отбросив назад. Коридор превратился в адский пейзаж, с пламенем, лижущим стены и потолок.
— Вызывайте подкрепление! Срочно! — закричал я, напрягая голос, чтобы его было слышно сквозь рев пожара.
Слабый крик достиг моих ушей, и я двинулся туда, осторожно пробираясь между обломков. Нужно осмотреть квартиры, найти любые признаки жизни. Внезапно я заметил руку, тянущуюся из-под кучи мусора.
— Тут кто-то есть! — я крикнул капитану, направляясь расчищать завалы.
Разум метался, пока я работал, зная, что каждая секунда на счету. Жар обжигал кожу даже через снаряжение, но сдаваться нельзя. Я должен спасти их.
Разбирая завалы, мысленно возвращаюсь к Нине. Возможно, она наблюдает за разворачивающимся хаосом по телевизору, ее сердце сжимается от страха за мою жизнь. Любовь к этой женщине придавала мне сил. Если бы в тот раз я послушал приказ и отступил, моих девочек не было бы уже в живых.
Из под обломков показалось перепуганное лицо молодой девушки. Она смотрела на меня расширенными от ужаса глазами, полными надежды. Я протянул руку и крепко схватил ее за рукав.
— Всё хорошо, мы поможем вам! — пытаюсь успокоить её.
Она кивнула и крепко вцепилась в мою руку. Капитан тут же подбежал к нам, помогая поднять бедолагу на ноги.
❈Нина❈
Отведя Полюшку в садик, я пришла на работу и включила телевизор. По первому каналу показывали пожар в западной части Москвы. Огромная многоэтажка практически полностью охвачена пламенем. В кадре мелькнула пожарная машина со знакомыми номерами, и мое сердце сжалось от ужаса. Неужели он там?
Минуты тянулись, каждая из которых казалась вечностью. Сирены, крики, треск огня — все это смешалось в какофонию хаоса. Голос репортера, пытающегося перекричать происходящее за спиной, рассказывал о количестве людей, запертых в огненной ловушке. Я неотрывно следила за подъездом, ожидая, когда появится Димка.
— Пожалуйста, Господи, — прошептала я сквозь слезы. — Верни его мне, пожалуйста!
Мысль, что я его потеряю, была невыносимой. Он был мне нужен больше, чем кто-либо другой. Время, проведённое рядом, казалось теперь бесценным подарком судьбы. Дима — это лучшее, что происходило со мной когда-либо в жизни. Я не могу его потерять. Только не сейчас.
❈Дима❈
Мы прошли обратно через коридор, жара давила со всех сторон. Женщина тяжело прислонилась ко мне, ее дыхание становилось прерывистым. Я и сам чувствовал, как мои легкие сжимаются от гари. Кислородный баллон не спасал, нужно было быстрее выбираться и показать девушку врачу.
Мы продвигались шаг за шагом, преодолевая горящие обломки. Петрович шел впереди, держа топор наготове, расчищая путь от любых препятствий.
Когда мы приблизились к лестнице, по зданию разнёсся оглушительный треск. Я поднял глаза, и мое сердце замерло от ужаса. Потолок над нами полностью прогорел и обрушился прямо на наши головы. В долю секунды я бросился сверху, заслоняя женщину от кусков мусора, которые осыпались вокруг нас.
Что-то сильно ударило мне в спину, отозвавшись сильной болью во всем теле. Стиснув зубы, я продолжал закрывать девушку. Я должен вытащить ее. Должен вернуться к Нине.
Спустя несколько минут мы снова поднялись на ноги и продолжили движение. Петрович был рядом, и на его лице даже сквозь маску читалась паника.