Естественно, оставив там большую часть, прежде чем отправиться за покупками, и я, честно говоря, был рад, что не пришлось её уговаривать принять подобный подарок. Всё-таки жила девушка, откровенно говоря, небогато, и я, обнаружив, что, пусть и не являюсь обладателем огромного состояния, но всё же вполне обеспеченный на первое время человек, вовсе не хотел чувствовать себя нахлебником.
Так что, проводив девушку, я в одних широких штанах а-ля «хакама», надетых не на бронику, а прямо на вполне современные боксы, босиком и с голым торсом с удовольствием потягивался, стоя во дворе перед домиком знахарки. Откуда-то из центра деревни доносилась весёленькая музыка, возле ворот трое мужчин активно стучали молотками, прилаживая на место сорванную вчера створку, а по дороге туда-сюда сновали вполне себе довольные на вид женщины.
И ведь не скажешь, что ещё вчера здесь была натуральная бойня, а многие из деревенских потеряли от лап гоблинов друзей, родных и близких. Казалось, сейчас должен быть траур, а эти люди ведут себя так, словно ничего и не случилось. А я ведь вчера Васке не очень-то и поверил, когда она рассказывала, что нравы у гнезетов сильно отличаются от тех, которые приняты у айндзур, и что смерть как таковая для них вовсе не такая уж и трагедия.
Оказывается, черноволосые верят в то, что помимо этого мира, существует ещё один, который они называют «чистым». Там всё «правильно» и «как надо», там они становятся бессмертными, и именно там их ждут многочисленные предки. Но, что самое главное, в том мире нет беспокойных чужаков. И именно туда отправляются все настоящие «люди земли», чтобы жить, трудиться и дожидаться момента, когда к ним присоединятся их любимые, дети и внуки.
Я сладко зевнул и с хрустом потянулся. Вот никогда не увлекался зарядкой, да и вообще, ещё в школе охладел к спорту, а сейчас новое тело, да ещё и с оставшейся после секса негой буквально требовало разогреть каждую мышцу, потянуть до приятной боли все связки и размять как позвоночник, так и все остальные суставы. Не знаю уж, чем я прошлый отличаюсь от нынешнего, но если раньше после подобного марафона я сто процентов предпочёл бы подавить на массу примерно до вечера, то нынче мне страстно хотелось движения и совсем отсутствовало желание ещё хоть немного поваляться в тёплой постельке.
Ранее только вырвавшись из большого города в пансионат, я мог ощутить тот кайф, когда выходишь из обжитого помещения на улицу и полной грудью вдыхаешь природную свежесть, не сдобренную химическими запахами цивилизации, что чувствуются даже в зимнюю пору на морозном воздухе. Сразу почему-то вспомнилась дача, которая снилась мне этой ночью, хотя подобной роскоши у нашей семьи после войны не было, а участок в шесть соток, расположенный в Подмосковье, доставшийся отцу от деда, фонил похлеще чернобыльской зоны из-за относительно близкого взрыва ядерного фугаса, сброшенного на город Пушкино.
Естественно, никаких профессиональных способов «правильной» разминки я не знал. В игре вообще все тренировки сводились к отработке ката, а хотелось немножко другого, впрочем, с миру по нитке! Потихоньку вспомнились школьные годы и физкультурная принудиловка, затем виденные как-то по телеку упражнения, а там подоспели и сакраментальные отжимания, приседания, наклоны и даже растяжки, ничуть не удивлявшие меня уже идеальным шпагатом.
Кто бы сказал мне раньше, что я буду испытывать настоящий кайф от физических нагрузок – ни за что бы не поверил! Дело дошло до отработок кат «кемпо но дзюцу» из игры, а я, только что отжавшийся почти двести раз, не испытывал ни капли усталости или тем более дискомфорта. Кулаки, словно пушечные ядра, с какими-то нереалистичными хлопками вспарывали воздух, не как в шедеврах из «Боливуда», конечно, но вот на звуки из китайских боевиков про Шаолинь было очень похоже. Взмахи ногами и удары в прыжках, быстрые смены стоек и нарочито медленные, выполненные с филигранной точностью движения, в которых, казалось, были задействованы вообще все имеющиеся в организме мышцы.
Пришлось даже признаться самому себе, что раньше я ничего подобного вообще не ощущал. Там тренировки были необязательной принудиловкой, ежедневным заданием, которое можно было выполнять, а можно и забить, сразу же отправившись на приключения и всего-то потеряв при этом крохи опыта, которые давали за его завершение. И естественно, никаких особых ощущений я, прыгая по додзё в «Тигрёнке», не испытывал, хотя игра исправно награждала пользователя за выполнение подобных квестов стимуляцией центров удовольствия в головном мозге.