Естественно, что там сумма была куда как больше, нежели та, с которой блондиночка отправилась за покупками и я, честно говоря, был рад, что не пришлось её уговаривать принять подобный подарок. Всё-таки жила девушка, откровенно говоря, небогато и я, обнаружив, что, пусть не являюсь обладателем огромного состояния, но всё же вполне обеспеченный на первое время человек, вовсе не хотел чувствовать себя нахлебником.
Так что, проводив девушку, я же, в одних широких штанах аля «хакама» надетых не на броннику, а прямо на вполне современные боксы, босиком и с голым торсом с удовольствием потягивался, стоя во дворе перед домиком знахарки. Откуда-то из центра деревни доносилась весёленькая музыка, возле ворот, трое мужчин активно стучали молотками, приладивая на место сорванную вчера створку, а по дороге, туда-сюда сновали вполне себе довольные на вид женщины.
И ведь не скажешь, что ещё вчера здесь была натуральная бойня, а многие из деревенских потеряли от лап гоблинов друзей, родных и близких. Казалось бы, сейчас должен был бы быть траур, а эти люди ведут себя так, словно бы ничего и не случилось. А я ведь вчера, Васке не очень то и поверил, когда она рассказывала, что нравы у гнезетов сильно отличаются от тех, которые приняты у айндзур и что смерть как таковая для них вовсе не такая уж и трагедия.
Оказывается, черноволосые верят в то, что помимо этого мира, существует ещё один, который они называют «чистым». Там всё «правильно» и «как надо», там они становятся бессмертными и именно там их ждут многочисленные предки, но что самое главное — там нет беспокойных чужаков. Именно туда после смерти отправляются все настоящие «Люди земли», чтобы жить, трудиться и дожидаться того момента, когда к ним присоединяться их любимые, дети и внуки.
Я сладко зевнул и с хрустом потянулся. Вот… никогда не увлекался зарядкой, да и вообще ещё в школе охладел к спорту, а сейчас новое тело, да ещё и с оставшейся после секса негой, буквально требовало разогреть каждую мышцу, потянуть до приятной боли все связки и размять как позвоночник, так и все остальные суставы. Не знаю уж чем я прошлый, отличаюсь от нынешнего, но если раньше, я после подобного марафона, сто процентов, предпочёл подавить на массу примерно до вечера, то нынче мне страстно хотелось движения и совсем отсутствовало желание ещё хоть немного поваляться в тёплой постельке.
Ранее, только вырвавшись из большого города в пансионат, я мог ощутить тот кайф, когда выходишь из обжитого помещения на улицу и полной грудью вдыхаешь природную свежесть не сдобренную химическими запахами цивилизации, что чувствуются даже в зимнюю пору на морозном воздухе. Сразу почему-то вспомнилась дача, которая снилась мне этой ночью, хотя подобной роскоши у нашей семьи после войны не было, а участок в шесть соток, расположенный Подмосковье, доставшийся отцу от деда, фонил похлеще чернобыльской зоны, из-за относительно близкого взрыва ядерного фугаса сброшенного на город Пушкино.
Естественно, что никаких профессиональных способов «правильной» разминки я собственно не знал. В игре — вообще все тренировки сводилось к отработке ката, а хотелось немножко другого, впрочем, с миру по ниточке! Потихоньку, вспомнились школьные годы и физкультурная принудиловка, затем виденные как-то по телеку упражнения, а там подоспели и сакраментальные отжимания, приседания, наклоны и даже растяжки, ничуть не удивлявшие меня уже идеальным шпагатом.
Кто бы сказал мне раньше, что я буду испытывать настоящий кайф от физических нагрузок — ни за чтобы не поверил! Дело дошло до отработок кат «кемпо но дзюцу» из игры, а я, только что отжавшийся почти двести раз, не то что не испытывал ни капли усталости или тем более дискомфорта. Кулаки словно пушечные ядра, с какими-то нереалистичными хлопками вспарывали воздух, не как в шедеврах из Боливуда конечно, но вот на звуки из китайских боевиков про Шаолинь было очень похоже. Взмахи ногами и удары в прыжках, быстрые смены стоек и нарочито медленные, выполненные с филигранной точностью движения, в которых казалось бы были задействованы вообще все имеющиеся в организме мышцы.
Пришлось даже признаться самому себе, что раньше, я ничего подобного вообще не ощущал. Там тренировки были необязательной принудиловкой, ежедневным заданием, которое можно было выполнять, а можно и забить, сразу же отправившись на приключения и всего-то потеряв при этом крохи опыта, которые давали за его завершение. И естественно никаких особых ощущений я, прыгая по додзё в «Тигрёнке» не испытывал, хотя игра исправно награждала пользователя за выполнение подобных квестов стимуляцией центров удовольствия в головном мозге.
А вообще, это можно было сравнить с виртуальным сексом. И вроде бы партнёрша красивая и ощущения «идентичные натуральным» и потенции хватит ровно на столько заходов, за сколько ты заплатил… Но всё равно, те, кто хоть раз в жизни был с реальной женщиной, чувствуют, что это всё какой-то галимый суррогат. Так и здесь: да в игре меня порой захватывал восторг от ощущения новых возможностей, но это не шло ни в какое сравнение с кайфом, от осознания того, что, что-то подобное можешь ты сам причём в реальности. Даже как-то взгрустнулось от воспоминания, как я, в своё время разочаровавшись в собственной конституции, забросил и спортивный зал и качалку и даже секцию борьбы в которую за большие деньги устроили меня родители.
Закончив, вылил на себя ведро воды из стоявшей под навесом бочки и стал размышлять, чем же занять себя дальше. На глаза попалась поленница, а рядом, чурбачок с воткнутым в него топором. Как-то я слабо представлял себе Васку, занимающуюся колкой дров и, тем не менее, печь в домике у девушки работает именно на этом виде топлива.
В общем, до возвращения красавицы, я дело для себя нашёл. И вот, вроде бы никогда не занимался ничем подобным, а получилось с первого же раза. Да так бодро надо сказать пошло, что я и не заметил, как справился со всей кучей. Тут собственно передо мной опять встал вопрос, что бы ещё такого сделать, но вот простого ответа на него я не нашёл, а потому уселся на лавку, и достав из инвентаря нечто, бывшее похоже раньше обломком микросхемы, принялся его изучать.
Больше всего это было похоже на странно спрессованный кусок непрозрачного камня. Этакий янтарь или слюда, в глубине которого помимо желтизны, присутствовали ещё и тёмно-зелёные разводы. Причём поцарапать этот материал даже остро заточеным кунаем — не получалось, зато сама оказалась достаточно хрупкой и пластина, легко ломалась, стоило применить к ней небольшое усилие.
А ещё эта штуковина, очень быстро нагревалась на солнце. Минут за пять бывшая плата стала ощутимо горячей, а ещё через две, начала обжигать пальцы, так что пришлось убрать её в инвентарь. В общем-то, в это время как раз вернулась блондиночка с покупками, а потому мне стало не до изысканий.
Так, к взаимному я надеюсь удовольствию, прошёл день, а за ним ещё два, за которые, мы можно сказать, практически не вылезали из постели. Собственно банально, по той простой причине, что других развлечений здесь просто-напросто не имелось. Можно было разве что, как вариант, нажраться до поросячьего визга «Огнянкой», именно так назывался тот самый алкогольный напиток, который носили при себе все местные мужики, но это было как минимум глупо, когда рядом с тобой имеется такая шикарная девушка.
Как я понял, аборигены-гнезеты именно так и снимали стресс, в смысле, что вернувшись после трудового дня и закрывшись в своём доме, наливались в одно рыло и заваливались на боковую. А всё потому, что делать здесь было нечего. Даже распиаренного в фентези произведениях «трактира», где можно было сделать всё то же самое, но культурно и в хорошей компании, а затем ещё и набить кому-нибудь морду, в деревеньке просто-напросто не имелось.