— Безусловно, я тотчас возместил недостающую сумму, и Теренс, и его бухгалтер пообещали мне, что дело не получит огласки. Я моментально отыскал этого Де Луку. И представляешь, что он мне ответил? Этот наглец пытался меня шантажировать. Пригрозил, что расскажет обо всем журналистам, будто я его соучастник, будто именно я предоставлял ему необходимую информацию и все безобразия творились исключительно с моего ведома. В общем, если я не желаю публичного скандала, то мне лучше помалкивать… — Полным боли взглядом он уставился в окно. — Но Теренс и Мартин говорят, что подавать в суд — пустая трата времени. Тем более что это наверняка негативно отразится на добром имени нашего благотворительного фонда, подорвет веру людей в искренность наших порывов. Поставит под сомнение саму идею благотворительности. И поскольку я компенсировал ущерб, то будет разумнее оставить случившееся в секрете. Так сказать, пользы ради.
— Папа, ты серьезно? — прошептала Дженнифер упавшим голосом. Она знала, насколько щепетилен ее отец в вопросах чести, как сильно дорожит своим незапятнанным именем. Как, должно быть, мучительно для него рассказывать ей сейчас о своем унижении. И дело не только в том, что задета его гордость. Под ударом оказались его жизненные принципы, его восприятия собственного «я».
Она, как могла, пыталась успокоить, утешить отца, но все слова звучали мелко и неубедительно. Ведь отец был представителем того поколения мужчин, за которым женская половина семьи действительно привыкла чувствовать себя как за каменной стеной.
Дженни с детства знала, что отец почитал своим священным долгом всячески защищать и оберегать ее от любых невзгод, какие только могут обрушиться на семейство. И вот теперь ей было страшно видеть его таким беспомощным, подавленным, сломленным. Сама же она была бессильна облегчить его душевные муки.
Дженнифер просидела с отцом до позднего вечера. Она позвонила Мэттью, но на том конце провода никто не снял трубку. И вся та злость, которая накопилась в ее душе на Джо Де Луку, автоматически переключилась на Мэттью. Где он? Почему бросил ее наедине с бедой? Ему что, безразличны ее страдания?
Наутро отец развил бурную деятельность, и это; не на шутку встревожило девушку. Ему надо срочно встретиться с одним человеком, уклончиво ответил он ей, спустившись утром к завтраку. Правда, никто из них даже не притронулся к еде. Когда же Дженнифер попыталась выяснить, что это за человек, отец отказался ответить на ее вопрос.
Ей вдруг показалось, что отец похудел за последнее время и осунулся. Было больно видеть происшедшие с ним перемены. Как смел этот Джо Де Лука так жестоко обойтись с таким честным, добрым и порядочным человеком?
— Прошу тебя, папа, не доводи себя до сердечного приступа. Ведь ты ни в чем не виноват, — возмущенно повторяла Дженнифер. — Это все он, твой проходимец Джо. При чем здесь ты!
— С юридической точки зрения, может, оно и так. Но я позволил ему меня одурачить. Доверился как мальчишка, и, что еще хуже, допустил его до чужих денег. И кто, скажи, поверит, будто я ничего не знал, что я не соучастник этой аферы, что я ни сном ни духом не ведал о том, какие у него намерения.
— Но, папа, зачем тебе чужие деньги?
— Это мы с тобой, доченька, знаем, но сколько найдется тех, кто заподозрит меня в корыстолюбии! Люди скажут, что дыма без огня не бывает. А тебе пора назад в Бриджтон, — произнес он устало. — Не забывай, у тебя на носу выпускные экзамены.
— Еще целых четыре недели, — попыталась было возразить Дженнифер. — Мне лучше остаться дома. Буду ходить с тобой на заседания совета. Я могу…
— Нет.
Она не ожидала столь резкого отказа. Ей почти никогда не приходилось видеть отца раздраженным, не говоря уже о проявлениях гнева.
— Но, папа…
— Я, кажется, сказал тебе, возвращайся в Бриджтон, — повторил он не терпящим возражения тоном.
Дженнифер ничего другого не оставалось, как подчиниться, в чем она впоследствии горько раскаивалась и за что корила себя. Дочернее послушание обернулось непростительной ошибкой, более того, трагедией. Увы, содеянного не вернешь…
И если Джо Де Лука повинен в гибели ее отца, то часть этой вины лежит и на ней. Зачем она послушалась расстроенного, отчаявшегося человека, зачем вернулась в Бриджтон? Почему в тот момент для нее больше значил Мэттью? Почему она, после того как отец выставил ее за порог, словно несмышленое дитя, обидевшись на него, пыталась искать утешения у другого мужчины?
Тем более что, приехав к Мэттью, она не заслала его дома.
Он оставил ей записку, в которой говорилось, что его срочно вызвали в Бостон на очередное собеседование и он не знает, когда вернется!