В общем, он оказался лучше человек, чем врач.
Приехал я на следующий день в больницу. Зашёл в кабинет к травматологу и отдаю ему три бумажки по сто баксов. Он повернулся вы кресле к окну, просветил доллары на свет, и развернулся…
Кинул баксы в шкафчик стола и резко поднялся:
− Пошёл я операцию делать!
Вот такие вот бывают Гиппократы.
А второй случай он рассказал сразу за первым…
Не так давно, мы купили видик. Ну… и, как водится, к нему парочку кассет порнухи. А у нас малой в четвёртом классе. Поэтому мы кассеты с порнухой закинули подальше, на шкаф.
И вот вчера, получилось так, что я пришёл домой на пару часов раньше. Захожу в коридор, и у меня отвисает челюсть. Полный коридор детской обуви на полу, а из зала слышу охи-ахи.
Не разуваясь, я метнулся туда сразу. И тут вижу картину: весь класс малого сидит и смотрит порнуху. А увидев меня, они выдают растерянное: Здрасьте!
Вспоминая всё это, я не заметил, как мы оказались напротив магазина Спорттовары.
− Я вышел из машины после того, как только водила нажал на тормоза.
− Спасибо, дружище! Выручил! – поблагодарил я, прежде чем захлопнуть дверцу.
− Бывай! Не чуди! – ответил он, и машина помчалась в сторону районов.
На ближайшей лавочке аллеи сидело четверо. Наши три девушки и Шорик. Возле них стоял Гоша и парнишка, которого я не знаю. По сравнению с Гошей он казался плотнее и чернявый.
− Шорик! Ты уже нам с Бугром замену нашёл, что ли? – выдал я на подходе.
− Да это по твою душу! – он двинул пальцем в сторону стоящих.
− Здорово! – я поручкался со стоящими парнями.
− Вован! Отойдём! Разговор есть! – Гоша казался обеспокоенным.
− Всё нормально? – спросил Шорик, потому что не понимал, что происходит.
− Нормально! – махнул рукой, проходя мимо, чтобы следовали за мной.
− Если что, кричи! – громко сказал вдогонку Шорик.
Я усмехнулся, и обернулся:
− Если буду кричать, сразу скорую вызывайте! Я ещё двоих в приёмный отвезу!
− Ясно! – усмехаясь, крикнул Шорик.
Я резко развернулся.
− Чо хотел? – и упёр взгляд в Гошу.
− Тут это… он смутился. Короче Курбет капец как нас выкосил! Короче! Я хочу его завалить…
− А я тут при чём? Я вроде с вами не тусуюсь! И за мной слежка, ты не забыл?
− Да я почему и искал тебя подальше от глаз… Ты парень конкретный!
− А ты глупо хребетный! – я ткнул пальцами в грудь незнакомцу. – А ты кто?
− Я Андрюха!
− Банан тебе в ухо! Иди на дорогу и стрельни мне сигарету и спички!
− Так это… − он замялся.
− Я не понял! Ты ещё здесь? – выдал я недовольным голосом. – Не в службу, а в дружбу! И побыстрей! Я курить хочу!
− Так у меня есть сигареты и спички! − неуверенно сказал он.
− У тебя какие?
− Родопи!
− А я курю Лигерос или Партагас! Вперёд!
Мне не нравилась вообще вся эта ситуация, особенно то, что Гоша сейчас проплёл про Курбета. Ещё и при каком-то Андрюхе.
Тот, поникший, брёл по аллее в сторону света и дороги. Кубинские сигареты, от одной затяжки которых запирает в горле, искать он будет долго. А мы за это время пообщаемся…
− Гоша! Ты придурок? Я ткнул его кулаком в лоб. Ты с кем пришёл? Ты понимаешь, что этот конь тебя сдаст Курбету, и не моргнёт глазом!
− Да чего? Он вроде нормальный! Тоже Курбетом недовольный!
− Вроде нормальный? А чего ты его валить-то собрался? – я придерживался принципа: меньше знаешь, крепче спишь, но тут меня уже вмазали на все сто.
− Да это… В Снежном Курбет нас четверых повязал по криминалу, − продолжил Гоша. − Мы квартиру шманали, и тут вернулся хозяин. Там были только Кеся с Севкой. В общем, они того мужика забили. А потом Курбет заставил нас с этим Андрюхой по разу ударить хозяина ножом, хотя он уже был мёртвый был. Короче! Капец полный…
− От меня чего ты хочешь? – я уже и не знал, что и думать и куда мне податься с этого дурдома.
− Ты про моего деда слышал?
− Гоша! − я уже стал нервничать. − Только и мечтаю услышать о каком-нибудь деде!
− Короче… дед мой голубятник. И месяц назад ночью к нему два идиота полезли голубей красть. Ну, там порода какая-то у него редкая была. А дед в охотничьем хозяйстве состоял, двустволка у него. И он одного мужика завалил прямо во дворе. И вроде в своём дворе, но его в КПЗ закрыли и не выпускают. Он его с порога хлопнул, а там до голубятни метров десять. Поэтому деда посадят.
− К чему ты мне это рассказываешь? – я уже начал раздражаться, потому что мне всё это не нравилось, и ко мне пока дела не имело.