Это реально восьмидесятые.
Заглянул обратно в кабинет.
− Товарищ майор! Скажите адрес, а то не помню!
Там уже сидел новый допрашиваемый. Майор отмахнулся рукой.
− Выйдешь из горотдела, там Пазик стоит. Ваня, водитель. Он твой сосед.
− Ясно, спасибо!
− Спасибо тебе! Я с тебя ещё за стенд спрошу!
Пожав плечами в непонимании, о каком стенде идёт речь, двинул на выход.
Хорошо, что сейчас ещё нет интернета и камер, а то бы стал звездой ютуба.
Только вышел в вестибюль, как меня увидел из окна дежурной части капитан.
Выскочил оттуда и ко мне наперерез:
− Я с тебя не слезу! Будешь мне стенд делать!
− Какой стенд?
− Чего придуриваешься, мудила? Вот этот!
Он ткнул пальцем в какие-то выпуклые плакаты, расположенные вертикальными прямоугольниками. Что-то про эвакуацию при пожаре и прочая инфа. Один был вмят основательно, будто в него пробили стопой, но уж никак не кулаком.
Я удивлённо посмотрел на капитана.
Он замахнулся на меня ладонью.
− Пожалеешь! − я стоял, и даже не дрогнул ни один мускул. Пристально смотрел ему в глаза.
− Дал бы я тебе! – глядя на меня с ненавистью, он пошёл обратно в дежурку.
Выйдя на улицу, я вдохнул свежий вечерний воздух. И сразу поёжился от холода. Конец апреля, а я по пояс голый. Но если считать жабо, то не совсем.
Оранжевый пазик стоял чуть в стороне. Ванёк увидел меня и вышел навстречу.
− Повтори адрес, а то я дорогу домой не знаю, − сказал я.
− Стой возле автобуса, − бросил он, проходя мимо в горотдел. − Я сейчас на ужин отпрошусь и отвезу тебя.
Я похлопал себя по карманам штанов. Да какие штаны… коричневые советские брюки, видно, что когда-то глаженые были.
− У тебя курить есть? – я выдал это и запнулся. Ведь в той жизни не курил! А значит, это как бы и не я сказал! А курить что-то хотелось!
− Держи… − он достал сигареты Столичные. Дав мне одну, чиркнул и спичкой.
Глубоко затянувшись дымом, шумно выдохнул. Ваня уже скрылся в горотделе.
Не было его минут пять, я уже начал замерзать. Пока огляделся вокруг. Фонарные столбы почти как в наше время. Свет мертвенно белый дают.
Да… насколько всё серо и бедно по сравнению с нашим временем. Через дорогу на стоянке два милицейских уазика, жигули тройка и четыре москвича. Для полноты картины не хватает только запорожца.
Выйдя, Ваня махнул мне рукой. Запрыгнув на водительское сиденье, открыл пассажирские двери. В салоне было чуть теплей.
Автобус тронулся. Почему-то подумалось, что это он везёт меня во вторую жизнь.
− Ну ты, Новик и мочишь! – заговорил он, когда автобус набрал скорость. – Это же надо! Я афганец, а герой Кандагара ты!
Я пожал плечами, хотя этого Ванёк не видел.
− Да я вроде ничего такого и не сделал!
− Ха, ха! Ты не сделал? Не мочи!
− А как я стенд поломал, ты знаешь?
− Не только знаю! Я это видел! Там мужик с мадамой сидел, так они со смеху под кресла чуть не попадали!
Кресла да, были в вестибюле. Стоят вдоль другой стены. Для ожидающих посетителей.
− Короче я увидел, в каком тебя виде ведут согнутого и в наручниках, сразу следом пошёл. Провели тебя по вестибюлю, дальше в коридор заходить. Ну а ты смещаешь корпус в сторону и согнутый делаешь ускорение… и со звуком уййиии! таранишь макушкой стенд!
Дежурный подбежал, хотел тебя попинать немного. Но ему не дали. Ты и так был в таком состоянии…
− Нормально… − я начал осознавать, что прежний владелец тела дерзкий был тип. Интересно, где он сейчас? Если попал в моё тело, то ему не позавидуешь. Что-то есть у меня подозрение, что это перескок сознания связан со взрывом на ЧАЭС. Точно не помню, но кажется он произошёл ночью. А меня вырубило после обеда. Тут оказался вечером. Но всё равно. День такой, что всё может быть.
Мы ехали по какой-то тёмной улице вдоль частного сектора.
− А дальше помнишь продолжение? − уже с задором спросил Ванёк.
− Нет… Вырубился при погоне в каком-то дворе. Может быть и позже. Но помню так. А очнулся в кабинете.
В общем, чтобы ничего не портил, тебя в наручниках закрыли в обезьянник. Где ты начал орать песни! Хоть и трезвый. В общем, шуму на весь горотдел. Дежурный матерится. А тут же эта драка. Приехали начальник с замом. Ну и к тебе пошли успокоить. А ты спрашиваешь начальника:
− А кто ты такой? Иди гуляй отсюда. Я выйду, уволю вас всех!