Мне стало легче, намного. Теперь я весела, с удовольствием занимаюсь мелкой домашней работой, учусь у Татьяны Сергеевны готовить любимые блюда Димы, охотно выхожу на прогулки с Ниной, навещаю соседей и посещаю выставки и модные показы вместе с Андреем.
«Он» тоже бывает там же, где и я, но больше напоминает бледного призрака - молчалив, задумчив. Лицезреть подобное зрелище – как бальзам для моего женского самолюбия, мне было чуть-чуть приятно, что такой мужчина потерял голову из-за меня. Никогда не думала, что стану этакой femme fatale.
Сегодня вечером мы с Ниной и Андреем запланировали поход на мюзикл, с которым в Питер приехали артисты из глубинки. Мне, привыкшей к европейским постановкам, ничуть не уступавшим бродвейским аналогам, было трудно сосредоточиться и абстрагироваться от «провинциального налёта» и, мягко говоря, низкого уровня профессиональности актёров. Хотя лучше признаться, что меня отвлекали не плохие исполнители, а Милан Тадич, сидевший рядом.
Ранее Милан исчез на три дня, Андрей сказал, что его друг уезжал по делам в Москву. А я скучала. Вдруг белый свет стал не мил, я хотела видеть его и знать, что он где-то рядом…
Мы стоим на обочине дороги. Нина уговорила нашего общего друга купить ей DVD мюзикла «Шахматы» в исполнении американских артистов, чтобы сравнить и подвергнуть сомнению критику Андрея, оставшегося недовольным качеством игры актёров из Тмутаракани. Я тоже хотела пойти с ними, но меня остановил Милан:
- Не уходи. Дай побыть с тобой хотя бы так. Я ничего не буду говорить, просто постой здесь со мной, - проговорил он тихим голосом.
- Я…
- Нет, ничего не говори, я знаю, что всё бесполезно. Не переживай, завтра я уеду и больше тебя не побеспокою, - говорит Тадич.
Мысль, что он исчезнет и что я никогда не увижу его, причинила такую сильную боль. Моя жадность и страсть затопили меня, хотелось кинуться к нему в объятья и не отпускать никуда.
- Я знаю, ты меня не любишь, прости, что надоедал тебе, Настя…
- Нет! – это я восклицаю. Мой рот уже меня не слушает. – Я не хочу, чтобы ты уезжал. Я не могу без тебя! Я, я…
И в этот миг ко мне возвращается здравый смысл. Я вижу растерянное лицо Тадича, чувствую, как мои щёки заливает краска, и судорожно думаю: ЧТО ДЕЛАТЬ?
Помощь поспевает со стороны дороги - возле меня останавливается такси, дверца открывается и оттуда выглядывает Нина:
- Настя, поехали домой?
И, как вы понимаете, я позорно сбегаю. Мне плохо, ужасно плохо, хочется бить себя по губам и грязно материться, какого чёрта я призналась? Мне конец, конец!
Добравшись до дома, я сбегаю к себе в комнату, а утром нагло лгу матери Димы и всем домашним, что заболела. Не хочу никого видеть и слышать. И мне повезло, поверили. Я не выхожу никуда, а узнав, что проведать меня заходили Андрей и Милан, прячусь под одеяло и делаю вид, что крепко сплю. Зашедшая в мою комнату Нина с нежностью трогает мой лоб и укрывает мне плечи. Отзывчивый ребёнок! Знаю, что веду себя как последняя идиотка, но мне нужно время подумать и решить, как исправлять свои ошибки. Я не хочу терять Диму. Я не могу его потерять по собственной глупости, из-за какой-то мимолетной страсти, ни за что.
Вечером я получаю звуковое сообщение от Милана. Я не знала его номера телефона, но поняла, что это он, а открыть и послушать у меня не хватило сил и смелости. От навязчивых мыслей сильно разболелась голова, с утра ничего не ела, мне было очень плохо. Дима не отвечал на мои звонки, чёрт бы побрал эти его гастроли!
С приходом ночи я начинаю медленно сходить с ума от боли в висках. Быстро одеваюсь, накидываю на плечи тёплый палантин и бесшумно пересекаю гостиную, боясь разбудить Старцевых. На улице прохладно, воздух чистый и приятный. Этого мне и не хватало за два дня заточения.
Недавно, проезжая на такси мимо продуктового магазина, заметила, что в углу, рядом с ним, располагается небольшая круглосуточная аптека. Добраться туда не составляет мне труда, я не спеша иду и медленно, маленькими порциями, набираю в лёгкие свежий кислород. В голове проясняется немного, и я смеюсь над собой и своими глупыми страхами. Но моя улыбка тут же гаснет. Прямо ко мне шёл Милан Тадич.
- Нет, нет, не подходи ко мне, - я выставляю руки вперед и пячусь назад. – Уходи, уйди!
- Не могу, - смотрит на меня, и я вижу по его глазам, что он в ужасе от моего вида. – Что с тобой? Ты хорошо себя чувствуешь?
- Нет, мне сейчас очень плохо, я шла за таблетками от мигрени, но мне не нужна от тебя помощь. Пожалуйста, уходи! Если я тебе действительно дорога, то оставь меня.
Кажется, я начала плакать. Странно, я это поняла, лишь когда мои губы стали покрываться солёными каплями, стекавшими по щеке.
- Хорошо, я уйду сейчас, - Милан остановился. - Но я от тебя не откажусь. Знаю, ты собираешься замуж за него, но также я знаю, что ты любишь меня. Я хочу, чтобы ты была со мной, брось всех, пойдём со мной. Обещаю, что сделаю тебя самым счастливым человеком. Сейчас я уйду, не стану пользоваться твоим положением, но обещай мне, что ты подумаешь!
- О чём?
- Ты говорила, что осенью поедешь в Милан, я буду там. Я дам тебе время всё обдумать, принять правильное решение. Приезжай, я буду ждать. А сейчас… береги себя. Я тебя люблю, Настя, помни об этом.