Ночью перед сном я решила выйти прогуляться во время остановки. Это было ошибкой, в Инсбруке было очень холодно. Мы стояли недалеко от реки, откуда дул пронизывающий ветер. Только мы вышли из поезда, я тут же почувствовала озноб. Видимо, мне долго придется проходить акклиматизацию, если буду жить в этих краях. В голове снова застучали молоточки. Оставив своего спутника, я, не предупредив, возвращаюсь в своё купе. Вытаскиваю сумку и шарю там в поисках таблеток, когда нахожу их, поезд неожиданно дёргается, и пузырёк выскальзывает из руки, а потом закатывается под сиденья. Только этого мне не хватало! В купе почти темно, включён только верхний свет, да и он приглушен, а я тороплюсь найти свои таблетки и ныряю вниз. Пальцы, наконец, нащупали пластиковый контейнер, но ухватиться полностью не могу.
- С вами все в порядке? – раздается надо мной голос Милана.
От неожиданности я вскакиваю и больно ударяюсь о столик. Ох, как неловко-то! Когда же он успел появиться возле меня и так бесшумно подкрасться?!
Он извиняется и садится возле меня. Я вдруг цепенею. Милан смотрит на меня, не отводя взгляд! Я даже слышу его дыхание и не могу оторвать глаз от его губ. Так сильно желание поцеловать его. Какой ужас! Нервно глотаю воздух, на время я даже забываю, что у меня болела голова, на лбу появляется испарина.
Милан хотел помочь мне и стал тянуться к пузырьку с таблетками, то же самое пыталась сделать и я – мы одновременно касаемся несчастной ёмкости и тут же одёргиваем руки. Нас будто пронзило зарядом тока. Или это только со мной? Судя по его горящим глазам, он тоже чувствует это.
- Всё хорошо, я сама справлюсь, - говорю я и отползаю на безопасное расстояние, если подобное возможно в тесном купе поезда.
Но Тадич не слушает меня, он находит эти проклятые таблетки под сиденьем, ставит их на столик и, уходя, говорит глухим голосом:
- Спокойной ночи! Берегите себя.
Как же, спокойная будет у меня ночь. Как только гаснут огни, я проваливаюсь в бездну отчаянья. В душе творилось невообразимое, безумные мысли путались и горячили кровь, я всё не могла избавиться от желания выйти и постучаться в двери соседнего купе. Я не понимала саму себя, что происходит? Почему? Я же ничего не знаю об этом человеке! А как же Дима? Как я посмотрю ему в глаза теперь, если мысленно изменила ему не раз и не два?
Боясь собственной слабости духа, зарываюсь головой под подушку и затыкаю уши наушниками. Только громкая музыка способна вышибить всю дурь из головы!
Утром просыпаюсь очень рано, во рту ужасный привкус, будто я пила ржавую воду. Страшно выходить из купе, но не могу же я вечность тут прятаться? В ресторане, к счастью или несчастью, Милана Тадича нет. Я усаживаюсь за дальний столик и, не глядя по сторонам, быстро уплетаю свой омлет.
- Доброе утро! Это случайно не ваше?
Сначала я вижу свой айпад в чужой руке, а потом того самого молодого человека с красивыми скулами. Он мне приветливо улыбается.
- Моё, - отвечаю я и возвращаю улыбку.
Сидящий во мне фотограф-художник даёт о себе знать. Я вмиг забываю о своих недавних тревогах, потому что очень хочу «заполучить» это необыкновенное лицо - оно просится на полотно! – поэтому стараюсь быть милой.
Моего нового знакомого зовут Андрей Тулин. Он тоже, к моему удивлению, управленец - руководитель крупной компании, решил взять отпуск и проехаться по Европе и проветриться. С ним приятно вести беседу ни о чём, нет никакой напряжённости, он даже иногда помогает мне находить интересные лица.
Поначалу я была слегка на взводе, всё ждала, что снова появится Милан, но его не видно, и я успокаиваюсь, а ближе к вечеру начинаю беспокоиться. Парадокс: хочу и не хочу увидеть его! Хочу просто посидеть в тишине, смотреть на то, как он читает газету или смотрит новости по телевизору, который висит в «Гостиной» экспресса. Но он исчез.
На следующее утро я уже не похожа сама на себя, впервые в жизни испытываю нечто подобное, это как болезнь! Этот Милан Тадич засел в моей голове и не собирается никуда уходить, я даже не в силах обратиться к своей совести или воскресить в памяти образ Димы, всё плывет…