Приезд Андрея Тулина вылился в настоящий праздник для нас, пятерых женщин, изнывающих от скуки в Питере. И он сам был немало обрадован такому тёплому приему, шутил направо и налево, раздавал комплименты, более всех досталось Татьяне Сергеевне – мать Димы раскраснелась от смущения и удовольствия. Даже Лариса улыбнулась.
- Угадай, кого я встретил в Москве? – спрашивает у меня Андрей.
Гостиная неожиданно опустела: Нина помчалась разворачивать свои подарки, а Лариса вызвалась помочь матери с сервировкой стола к ужину.
- Кого же?
- Милана Тадича.
Я замолчала. И надеялась, я очень надеялась, что моё лицо осталось непроницаемым.
- Где?
- Представляешь, он тоже здесь, в России! – кажется, Андрей не заметил моей реакции и продолжал с улыбкой: - Мы случайно столкнулись в одном бизнес-центре, а потом пошли вместе обедать. Даже о тебе поговорили. Оказывается, он тебя запомнил.
Боже. Моё сердце проваливалось куда-то вниз. Где взять силы сыграть удивление?
- И как же вы вдвоём договорились до меня? – получается у меня выдать из себя почти равнодушно.
- Я получил от вас с Ниной сообщение как раз во время обеда, я прочитал ему его, а Тадич сказал, что это писала умница.
- Зачем? – даже я испугалась своего крика, а увидев удивлённые глаза Андрея, уже мягче спросила: - Зачем ты показал ему? Я же тебе писала! Только тебе! Не стоило показывать сообщение чужим людям!
- Да? – растерялся он, а потом вдруг весь засиял и заулыбался. – Извини, я не думал, что ты так отреагируешь. Знал бы, не показал. Прости!
Мне стало стыдно за своё глупое поведение. Похоже, я своими необдуманными словами обнадёжила Андрея, он понял меня превратно. Придётся теперь думать о том, как деликатно сказать этому, без сомнения, прекрасному образцу мужского пола, что он совершенно не в моём вкусе, и я люблю Диму. Права была Нина!
- Ничего страшного, - примирительно прокашливаюсь я.
- В тот раз я много чего тебе наговорил, я ошибся, Настюш. Милан Тадич не такой плохой человек, как мне казалось. Не стоило посвящать тебя в эти сплетни. О тебе он сказал, что ты умная и крайне привлекательная женщина. И даже…
Андрей вдруг застыл в нерешительности, думая, продолжать ему или нет.
- Что?
- Он передал тебе подарок.
- Какой ещё подарок?
Одна мысль, что этот человек думал обо мне, помнит меня и что-то для меня приобрёл, будоражила кровь. Я сгорала от желания расспросить Андрея, вытрясти с него все подробности, до мельчайших деталей, но боялась показать свой явный интерес.
- Когда Милан узнал, что я иду за покупками для вас с Ниной, он вызвался составить мне компанию. Помогал подбирать диски, а тебе просил передать это.
Я твёрдой рукой взяла протянутый мне плоский пакет. Внутри лежала тонкая книга – сборник стихов. Открываю первые страницы, а там – красивые слова о любви. Ничего особенного. Вдруг мой взгляд падает на строчки, очерченные тонкой полоской шариковой ручкой:
«Лицом к лицу. Как чудо, призрачной
Казалась ты – и всё-таки была...
Лицом к лицу у противоположных
Сторон, как мир, широкого стола.
Я говорил, из мыслей сети плёл
Узоры из твоих улыбок, кратких встреч,
А мне хотелось опрокинуть стол
И целовать твои нежные плечи…»
Что это? Это было сделано нарочно? А главное, зачем?
В комнате вовремя появляются Нина и Лариса, первая кидается к Андрею и отвлекает его внимание бурным проявлением благодарности за привезённые подарки, а вторая приглашает на ужин.
Я надолго запомню тот вечер, когда сидела, невпопад отвечая на вопросы, нервно шутила и уносилась мыслями далеко. Единственное, чего мне хотелось, это побежать в гостиную, схватить ту книжку и внимательно всё рассмотреть. Неужели то наваждение не прошло? Вопросов было великое множество. Скорей бы закончился этот ужин! Уходи уже, Андрей!
Никакой ошибки не было – намеренно или нет, Милан Тадич выделил эти странные строчки. Что он хотел этим сказать? Издевался? Пытался вывести меня из равновесия? Если да, то зачем? Если нет… никакого смысла.
***
В воскресенье мы решили отправиться за город, посетить Введено-Оятский женский монастырь. Я успела сделать кое-какие намётки, набросать план своего будущего романа, поэтому не особо нервничала, что праздно провожу свое время в Питере. Мне было необходимо набраться сил и на несколько дней выкинуть из головы лишние мысли.