– Мама, просить меня не думать про роботов – это все равно что просить меня не дышать. Ты бы попросила художника не изображать прекрасный закат, пока он находится на отдыхе? А историка – не посещать достопримечательности во время отдыха? Создание роботов – это не просто мое занятие, это и есть…
Бум.
Раздавшийся позади взрыв заставил Ифи упасть на колени. Все помещение заполнило облако бетонной пыли, одновременно заверещал десяток сигналов тревоги. Пол содрогнулся, будто весь мир разламывается на куски.
Глава 5
Голова перестала кружиться не сразу. Кто-то дотронулся до Ифи. Оказалось, ее отец. Она не сразу узнала его, потому что все его лицо было покрыто белой пылью.
– Ифи, ты цела? – с тревогой спросил он и, убедившись в этом, с облегчением выдохнул.
– Да – ответила она, но папа уже затаскивал ее в нишу.
Перед ними бежала мама с Нааде и Хассаной под мышками. Главный зал аэропорта сотряс еще один взрыв. Люди бросились бежать прочь от его источника, некоторые с телефонами в вытянутых перед собой руках, стараясь запечатлеть разрушения. Сердце Ифи ушло в пятки. Повсюду раздавались монотонные голоса OR15, требующие от нападавших прекратить сопротивление и сдаться.
Люди кричали и плакали.
На руке у мамы алела глубокая рана. Но, что хуже, в ее глазах была пустота, как будто она находилась за много миль отсюда. И за много лет. Она раскачивалась вперед и назад, прижимая к себе Нааде и Хассану так крепко, что они с трудом выглядывали из-за нее, стараясь увидеть, что происходит. Ифи с беспокойством подумала, что ее мама сейчас разумом перенеслась в другую эпоху, во времена Восстания машин, разбередив свои старые травмы, которые всегда таились в глубине ее сознания. В это мгновение Ифи поняла, чего именно этот ужасный период лишил ее матери – как и десятков миллионов человек по всему миру.
Сломанные кости могут срастись, порезы затянуться. Худшие раны, оставленные конфликтом, – это внутренние шрамы. Шрамы, которые готовы открыться, если позволить разуму забрести слишком далеко. Ифи почти физически ощутила боль своей матери, которую захлестнули старые переживания и страхи.
– Что там? Что происходит?! – крикнула Ифи.
На языке оседали крошки бетона, запахло гарью.
– Iyawo mi, взгляни, – шептал папа на ухо маме, пока она постепенно не вышла из глубокого транса и не посмотрела на другую сторону терминала.
Посреди прохода лежал подросток, прижатый огромным куском упавшего бетона. Выражение страха на его лице заставило Ифи содрогнуться. Она тоже ощутила внутри этот страх, но не могла позволить себе поддаться ему. Она всегда говорила, что хочет стать героем. Теперь появился шанс доказать это.
– Мы должны спасти его, – заявила Ифи.
– А кто спасет нас? – возразил Нааде.
Ифи вытащила из рюкзака своего «малыша», но мама едва ли не силком запихнула его обратно.
– Нет, – строго сказала она. – Пусть с этим разберутся OR15. Это их работа. Наше дело – найти выход отсюда, как можно быстрее и тише.
– Но мама, я могу и сама что-то сделать, – прошептала Ифи в ответ.
– Нет, Ифи, – повторила мама дрогнувшим голосом, от которого по спине девочки пробежал холодок.
Пока мама с папой смотрели, как оседает бетонная пыль, Ифи отвернулась к стене, поставила на пол «малыша», открыла планшет и с помощью навигационной программы отправила его в нужную точку. Маршрут был опасным для человека, но не для робота. Включив сенсоры, Ифи смогла увидеть происходящее.
Зал ожидания был усеян обломками бетона и брошенным багажом. С низкой точки обзора «малыша» обломки и вещи казались огромными горами. Один из роботов-охранников OR15 приближался к какому-то человеку. К какому-то мужчине, насколько могла разглядеть Ифи сквозь пыль. Очень большому. И очень сильному. Вихрь электрических искр из порванных проводов на мгновение осветил его лицо. Ифи задержала дыхание.
Нет. Этого не может быть.
Кулак Смерти.
Хассана и Нааде тоже смотрели на экран, стоя у нее за плечами. Все дружно вдохнули от изумления. Ифи увеличила изображение. Она не могла поверить, что у человека могут быть настолько мощные мышцы. Наверное, это какой-то дефект линзы видеокамеры.
– Но он же в тюрьме, – пролепетала Хассана.
– Уже нет, – прошептала Ифи.
Ее взгляд упал на золотистые пластины кибернетических устройств, имплантированных в его кулаки и позвоночник и подключенных к прикрывающей уши гарнитуре. Ифи точно помнила, что после объявления приговора ему удалили большинство имплантатов. Весь мир наблюдал за тем, как назначенный судом кибернетический хирург вытягивает технологические устройства из-под кожи Кулака Смерти, наспех зашивает разрезы и отправляет его в заключение.