Конечно, я прогадала.
Я его чувствую даже спиной. От его присутствия в осязаемом пространстве я шалею, мурашки бегут по коже, пульс давит на виски.
Рами ждет меня около лестницы, с улыбкой, немного свысока наблюдая, как я еле тащу ватные ноги к его божественной персоне. И конечно, именно в тот момент, когда мы здороваемся, я на пару минут залипаю на его улыбке, а он выхватывает тяжелую сумку из рук, помогая мне одеться, в холл спускается вся честная компания будущих докторов из бравой одиннадцатой группы. Оо, эти кадры они запечатлеют надолго, завтра меня ждет мозговая экзекуция. Но даже эти факты не могут спустить меня с небес на землю. Он подает мне руку, сначала неуверенно, а потом крепко берет мою ладонь в свою, теплую и уверенную, и мы идем вдвоем на выход.
Я точно не в кино и не во сне? Внутри взрываются тысячи фейерверков восторга, я чувствую себя на подиуме, где ко мне приковано множество глаз, стучу каблуками, приравниваясь к шагам парня. Я не успела рассмотреть как он выглядит сегодня, все мои чувства обострены на ощущении его руки, это впервые, когда он позволил себе меня коснуться. Не хочу отнимать ладонь, но сейчас передо мной распахивается дверь самой красивой машинки на парковке. Уже потом Антон с нотками зависти спросит, что же за мажор ездит на Мазде шестой, а в данный момент это просто офигенно красивая ярко-красная машина моего любимого!
Я умру от эйфории. Голова кругом. Рами сбрасывает куртку на заднее сиденье, он одет в белую рубашку с коротким рукавом и черные джинсы, он выглядит как всегда, сногсшибательно. Хочу смотреть вечно на его красивые руки, пока он выруливает со стоянки.
-Как прошел день? - Он не смотрит на меня, внимательно следя за поворотом, здесь всегда скопление машин.
"Безумно долго без тебя"
-Удачно, - улыбаюсь, - очень насыщенно и интересно. Ну конечно, мой ораторский запал пропадает под взглядом черных глаз. - А у тебя?
-У меня спокойно.
Хочу спросить, чем он занимался, но его тон мгновенно меняется.
Я вижу, что он хмурится, подбирает слова, и пока мы стоим на светофоре, поворачивается ко мне и напрямую, в лоб, заряжает :
-Катя, я попрошу тебя об одном одолжении..
"Оох, о чем угодно, я готова на всё"
-Никогда, ни при каких обстоятельствах, не смей звонить моим родным.
Что? Что? Я застываю, замираю, мне не хватает воздуха. Он неожиданно поднимает мой подбородок и заставляет посмотреть себе в глаза, тогда как в моих уже закипают слезы. Что, Рами?
-Ты услышала меня?
Я не могу собраться с ответом, губы не слушаются, дрожат. Его тон поменялся от дружеско-милого до пренебрежительно-строгого. Почему он так со мной? Я сжимаюсь в комок, пальцы стискивают ремешок сумки, будто я готова выскочить на ходу из машины. А ведь уже готова! Настроение упало до нуля, будто меня ударили. Сглатываю комок в горле, и тихо произношу извиняющимся тоном:
-Прости, я очень волновалась, увидела в новостях...
-Закрыли тему. - Резко, даже грубо обрывает, - Больше так не делай.
-Прости... А можно узнать, как твой дядя, с ним ничего..
-Всё в порядке, не думай, мой дядя уже дома. - Рами смягчился, его голос стал снова ласковым и спокойным. Но как вижу, он не собирается делиться подробными обстоятельствами того утра и вообще крайне недоволен, что я затронула тему из новостной сводки.
-Мм, дома, уже в Москве? - заполняю паузу, чтобы сглотнуть слезы и не выдать своего расстройства.
- В Москве? - Парень смотрит на меня удивленно, - нет же, он на Родине. В Сирии. - Отводит глаза так, будто разговаривает с несмышленым ребенком.
А для меня эти факты, как удар под дых, второй раз за считаные минуты будто в ледяную воду окунули.
Он сириец! Вот что мне еще надо осознать и... Принять. Я не националистка, но каким-то восьмым чувством понимаю, что данный факт послужит для нас большим камнем преткновения. Если для нас вообще что-то возможно в будущем.
-Музыку? - нажимает на дисплей плеера.
-Да, если хочешь, на твой выбор, я слушаю любую.
Вместо музыки сначала из колонок льется речитатив, какие то фразы, наверно, на арабском, будто молитва или учение. Рами быстро пролистывает, останавливаясь на обычном радио.
-А что ты обычно слушаешь?
-Суры. Коран, - поясняет и снова смотрит немного свысока.
Вот этот взгляд мне не нравится, в такие моменты он кажется совсем посторонним и как будто с другой планеты.
-Ты привыкнешь, послушаем вместе как-нибудь.