- Э... адмирал?
Ваун обиженно взглянул не него.
Он улыбнулся и сказал:
- Брат?
- Да?
- Раз уж мы все равно ликвидируем этих рэндомов... вообще-то мы используем рэндомов для кондиционирования.
От этого Ваун задрожал сильнее, чем от ветра. Он посмотрел на пленников.
Фейрн по-прежнему тесно прижималась к Клинку и мучилась в легких туфельках на каменистой равнине. Клинок поддерживал ее, но его глаза говорили: он догадался, что за ужас подразумевала реплика Оранжевого.
- Мы усыпим их сначала, разумеется, - добавил Оранжевый. - Они ничего не почувствуют. Или почти ничего.
- Что ж, хотя бы умрут с пользой, - согласился Ваун.
Розовые глаза Клинка вспыхнули. Девушка либо не расслышала, либо не поняла.
Очень скоро Вауну придется выбирать между двумя видами - рэндомами и братьями. В каком-то смысле никогда раньше выбора у него не было. Может быть, он мог отказать Раджу и остаться в деревне, но тогда бы он не узнал, что за игра идет и какие в ней ставки. Рокер никогда не предлагал ему разумной альтернативы. Сотрудничать или умереть - это не выбор. Он поклялся в верности Братству на Q-корабле, но это не дало ему свободы действий, ибо Аббат тут же выбросил его, послал назад на Ульт, в дикую расу.
С тех пор он служил Патрулю, но именно это велел ему делать Аббат продемонстрировать свою преданность Патрулю, чтобы тот доверял ему, и Ваун смог предать его в конце концов - теперь.
Где остановится маятник?
Скоро ему придется ответить на этот вопрос. И тогда уже не будет нейтралитета и невозможно будет избежать последствий. В любом случае он будет массовым убийцей.
И в любом случае - предателем.
Ваун заметил, что сорняки, скрывавшие пасть тоннеля, были искусственными.
Коричневый ждал их с широкой улыбкой, забыв про ребяческую обиду.
- Добро пожаловать в кохэбский улей, адмирал Ваун.
- Ты обо мне?
Юноша улыбнулся еще шире.
- Брат!
- Брат! - согласился Ваун. Коричневый гордо положил руку ему на плечо и ввел его внутрь. Наконец-то дома. Наконец-то любовь.
Туннель был закрыт одной тяжелой черной портьерой, за которой оказалась другая. Коричневый отодвинул их и крикнул:
- Эй, парни, к нам гость!
Там сидели и читали книги четыре брата: они с воплями повскакали на ноги.
Щурящийся во мраке Ваун был снова окружен братьями.
Даже здесь, в далеком Кохэбе, он не мог избежать благоговения перед собой - героем, но теперь у него от этого катились из глаз слезы. Как долго они верили в него! Вряд ли проходила неделя без появления адмирала Вауна по общественному кому по всему Ульту - речи, призывы, открытия памятников. Он был самой большой знаменитостью, когда-либо существовавшей на Ульте, лев рэндомов, победитель Братства. Лишенные подозрительности братья следили за его кривляньями и ни разу не усомнились в том, что он на их стороне.
Приор знал: "В решающий час ты встанешь за свою расу". И Аббат: "Брат никогда не пойдет против своего улья". Даже Радж, пообещавший умереть за него:
"Ты принадлежишь нам".
И Мэви прошлой ночью: "Они любят друг друга, разве нет?"
В конце концов он пришел домой, к родне, в улей.
Когда объятия и похлопывания по спине закончились, он увидел обвиняющий взгляд девушки и бесстрастные розовые глаза Клинка, и на мгновение тень омрачила его радость. Но он же не приглашал их с собой. Она влезла зайцем.
Каждый офицер-спейсер клянется рисковать жизнью. И этот рискнул и потерял ее!
Ваун не знал, что так выйдет. Он не отвечал за этих двоих.
- Брат Ваун? - крикнул из угла Зеленый, хватаясь за телефон.
Это мог быть тот же Зеленый, который встретил Вауна в ангаре, а может, это Зеленый, стоящий тут на вахте. Какая разница? Телефон?
Ваун прихромал к вахтенному. От долгого перехода у него разболелась коленка.
- Епископ хочет знать, срочно ли это. Ваун устало покачал головой.
- Он кормит ребенка, - объяснил Зеленый, улыбаясь. - Говорит, что после обеда будет собрание.
- Отлично.
- Он хочет узнать, когда ты возвращаешься? Возвращаюсь? От потрясения его скрутило болью. Возвращаюсь? Ну конечно же, ему необходимо вернуться! Они на него рассчитывают. Q-корабль приближается. Армагеддон. Судный День, как они говорят. Он - королевский кукушонок, троянский конь. Он не доделал свою работу.
Ваун заставляет себя ответить четко:
- Тогда, когда он скажет.
Зеленый передает.
Примитивно! Как примитивно! Телефоны? Портьеры? Искусственные сорняки маскируют вход? Караульное помещение - просто большая комната в туннеле, обставленная грубыми самодельными стульями. Никакого тебе современного охранного оборудования. Молодой Коричневый положил Джайенткиллер на стойку рядом с парой десятков других ружей. Вот стойка выглядела достаточно впечатляюще, а все остальное - дрянное, кустарное и допотопное.
Однако... все-таки чудо. Дайс и Сессин сотворили чудо. Какой бы ни была посмертная помощь Аббата, они каким-то волшебством выстроили функционирующий улей и сохранили его в тайне. Откуда они брали деньги? Чем кормили потомство?
Биотехнологическое оборудование для производства детей по дешевке не достанешь, не говоря уже о стоящих в ангаре торчах. Еда, одежда, предметы первой необходимости...
Чудом было не то, что братья в Кохэбе жили бедно, чудом было то, что они вообще жили. Рэндомам такое не удалось бы никогда. Ваун почувствовал гордость и всепоглощающее восхищение.
И стыд. Почему они ни разу не попросили его о помощи?
Зеленый снова заговорил:
- Он хочет знать, кто эти двое диких и какое они имеют значение.
Фейрн и Клинок, несомненно, слушали, но Ваун не посмотрел на них.
- Никакого. Это "зайцы". Ничего особенного. Позади раздались женские рыдания.
- Тут парень предложил сарай на вентиляционной станции, - говорил Зеленый в трубку. - Да, хорошо. - Он повесил реликтовое устройство на место. - Желтый, Голубой, Епископ сказал отвести рэндомов на станцию, хорошо? Здорово, что ты снова с нами, брат.
- Здорово оказаться тут в конце концов.
- Классно подумать, что Судный День так близок!
- Угу, - сказал Ваун.