Дроу остановился у бока своего странного скакуна. Он решил не оглядываться, решил не поддаваться бесполезным и глупым надеждам. Ведь это подарит Ллос победу, полностью уничтожив его.
Дзирт забрался в седло, но женщина снова оказалась рядом, и он не смог игнорировать её присутствие.
— Я знаю, что ты вернешься ко мне, — сказала она.
Дзирт взглянул на неё со спины Тазмикеллы, а потом закрыл глаза, пытаясь оттолкнуть прочь реальность, скрывающуюся за поверхностью этих обманчиво прекрасных глаз. Он напомнил себе, что это не Кэтти-бри. Это был величайший план, величайший обман, созданный, чтобы уничтожить его.
Открыв глаза снова, он увидел, что Кэтти-бри протягивает ему знакомую фигурку.
— Гвен принадлежит тебе, — тихо сказала она. — Возьми её с собой.
Дзирт отшатнулся и покачал головой. Все это не имело никакого смысла.
— Возьми её! — умоляла Кэтти-бри. — Она только твоя, любимый. Друг, который всегда был и будет с тобой. Быть может, она поможет тебе найти путь в этом лабиринте.
Несмотря на предупреждающие крики, доносившиеся из глубин разума, у дроу не хватило сил отказаться. Он протянул руку и принял ониксовую фигурку пантеры. Отворачиваясь снова, он подумал, что мог ошибаться насчет природы и ожидаемых ходов этой грандиозной ловушки. Быть может, ложь заключалась не в Кэтти-бри, а в Гвенвивар.
— Ох, умно… — прошептал он, пытаясь проследить за ходом своих мыслей.
Но нет, это бессмысленно. Гвен была с ним всегда, всю его взрослую жизнь. Обманчивым было возвращение дворфа, женщины, Вульфгара и Реджиса.
Или же это началось еще раньше?
В таком случае, что можно считать реальным?
— Джарлаксл сказал тебе не ждать меня, — холодно ответил он. — Это прощание.
— Но как же я могу не ждать тебя? — с грустной улыбкой, которая пронзила и разорвала в клочья сердце Дзирта, спросила Кэтти-бри. — У меня нет выбора.
— Не… — начал Дзирт, но Кэтти-бри прервала его.
— В конце концов ты поймешь это, — сказала она. — Когда я ушла…
Дзирт не знал, что делать. В этот момент просветления ему хотелось, чтобы женщина была Кэтти-бри. Такой, какой он помнил её. Кэтти-бри, девушка, стоящая на склоне Пирамиды Кельвина. Девушка, которая встретила его в Долине Ледяного Ветра. Молодая женщина, которая в эти тяжелые первые годы, когда он пытался смириться с миром, стала его совестью, его путеводной звездой, его другом. Любимая, с которой он нашел свою дорогу.
— Кто ты? — спросила он, и Кэтти-бри смогла только посмотреть на него.
— …ты ждал меня, — прошептала она.
Дзирт хотел спросить что-то еще, но слова Кэтти-бри отбросили его через века. Через все приключения и путешествия компаньонов. Через ту пустоту, что была с ним все это время. Она сопровождала даже триумф Бренора в Гаунтлгриме. Даже его путешествие с Далией и остальными.
Потому что она, эта женщина, была не с ним.
Он поморщился и молча проклял то, что вообще познал некогда любовь Кэтти-бри, ибо что есть жизнь без неё? Что в мире Дзирта До’Урдена может стать равноценным этому? Быть так же прекрасно, как проснуться в её объятиях, как тепло её улыбки, как любовь в её дивных глазах?
Он собрал все силы, борясь с желанием вытащить меч. То самое оружие, выкованное и подаренное ему этой самозванкой. Борясь с желанием разрубить эту иллюзию.
Дзирт понял, что никакое желание не сможет остановить его руку. Кивнув, он потянулся за клинком, чтобы разом покончить со всем этим. Но тут Джарлаксл вскрикнул, и прежде, чем Дзирт даже коснулся навершия Видринас, драконица взмыла в воздух, поднимаясь к облакам вместе со своей сестрой, которая несла наемника.
— Возможно, мы встретим дурака на белом драконе, друг мой, — сказала Тазмикелла, когда они оказались среди облаков. Драконица развернула голову, чтобы обратиться к нему. — У тебя лук готов?
Дзирт кивнул, умудряясь изобразить улыбку. Но лишь ради того, чтобы драконица отвернулась и оставила его в покое.
Дроу откинулся в седле, наблюдая за проплывающим внизу миром. Оглянувшись, он проследил за тем, как удаляется прочь Лускан, как расстилаются за Городом Парусов темные воды Побережья Мечей. На севере, Дзирт заметил Хребет Мира, так хорошо известную ему горную цепь. Хотя лучше всего он знал её северную сторону, лежащую у долины Ледяного Ветра, которая так долго была его домом.
Его первым домом.
Тогда мир казался таким простым. Даже для дроу, который только что покинул Мензоберранзан и бурные дебри Подземья. Даже для молодого мужчины, который испытал боль от смерти Закнафейна. Который видел, как умирают в бою друзья. Который потерял Монтолио. Все имело смысл, даже принося глубочайшую боль. Его жизнь следовала логическому пути, руководствуясь совестью. От Подземья к Монши, а потом и к Пирамиде Кельвина в Долине Ледяного Ветра.