На футбольное поле Стив приходил как в родной дом. Здесь всё было знакомо и просто, здесь Стив чувствовал себя уверенно, и он знал, что его место — на поле, что этот мир подвластен ему. Раздевалка с рядами деревянных скамеек и зелёными металлическими шкафчиками; запах пота и пыльных цветов в кадках. Приятно было надеть на себя спортивную форму: чистые белые шерстяные носки, удобный эластичный пояс, мягкую фуфайку и лёгкие тренировочные штаны.
На поле Стив забывал обо всех своих тревогах, работали только его мышцы и сухожилия. Он старательно бегал, высоко поднимая колени или выделывая зигзаги и лавируя между раскиданными по земле автомобильными шинами. Потом толкал плечами тяжёлую деревянную блокировочную раму, а тренеры шли рядом и монотонно твердили: «Ещё, ещё!» Фуфайка его становилась влажной от пота, но даже усталость была приятна. Это именно и нравилось ему в футболе: ощущение собранности и силы, чёткая и уверенная работа мускулов.
Рыжий Эванс тоже приходил на тренировки. В занятиях он не участвовал, а только выполнял мелкие поручения университетского тренера Теннанта Проповедника. Стив был поражён, когда услышал, как повелительно говорит с Эвансом Теннант; так говорили со Стивом домашние хозяйки, когда он, работая в аптеке Кубика, опаздывал с доставкой заказов.
Однажды после тренировки Эванс зашёл в раздевалку с целой кипой отпечатанных на ротаторе листков.
— Читайте и подписывайте, — сказал он, раздавая листки.
На листках было написано:
Обязательство спортсмена
Клянусь, что в течение всего спортивного сезона я не буду делать следующего:
Употреблять алкогольные напитки.
Курить или жевать табак.
Вступать в половые сношения (или допускать действия, предшествующие таковым).
Прочитав текст, футболисты стали тихо переговариваться. Эванс стоял в стороне, тупо уставившись на груду грязных полотенец.
— Вот здесь сказано про «действия, предшествующие таковым», — вежливо улыбаясь, сказал Хауслер. — Ну, например, я целую девушку, а она целует меня взасос. Или не взасос. Что я должен делать, чтобы не было этих «действий, предшествующих таковым»?
Эванс повернулся к нему и в раздумье поскрёб лысеющую макушку.
— Не трепись ты, ради бога. Подпиши, и дело с концом! — с досадой сказал он Хауслеру.
— Мне просто хочется внести ясность. Например, если я положу руку...
Эванс озадаченно мотнул головой и тут заметил, что все весело переглядываются. Он вспыхнул от злости.
— Нечего умничать! Подписывайте эти чёртовы листки — и всё!
Стив улыбнулся и подписал. Эванс собрал листки и направился к выходу. В дверях он обернулся, видимо хотел что-то сказать, но не произнёс ни слова. Он лишь окинул всех злым, враждебным взглядом и вышел, устало опустив плечи. Стив почувствовал какую-то неловкость, словно его самого подвергли унижению.
В течение первой недели были улажены некоторые деликатные вопросы, в частности вопрос о том, где работать. Жильё и питание предоставлялись футболистам бесплатно, но им нужны были и карманные деньги. Поэтому решили предоставить футболистам работу где-нибудь на территории университета. Официально об этом не объявлялось, и смешно было смотреть, как староста первого курса с таинственным видом крался в раздевалку, отводил игроков поодиночке в сторону и как бы между прочим сообщал, что ему удалось «найти работёнку, которая может их заинтересовать».
Работа Стива состояла в том, чтобы после второго завтрака поторчать с полчаса за кооперативным прилавком, где продавали кока-колу и сигареты. За это ему полагалась зарплата в размере двадцати долларов в месяц и право приобрести в лучшем женевском магазине на сто долларов разной одежды.
Хауслер должен был наполнять жидким мылом сосуды в умывальниках при стадионе, а Краузе — смотреть за отоплением в одном из студенческих клубов (обязанность, которую любезно выполняли за него истопники).
Характер работы и размеры вознаграждения тщательно дифференцировались в зависимости от места, которое занимал тот или иной игрок в команде. Запасные игроки прислуживали в столовых и должны были по-настоящему отрабатывать выплачиваемые им деньги. Клейхорн, числившийся наполовину в первой, а наполовину во второй команде, должен был по воскресеньям исполнять обязанности экскурсовода по часовне. За эту работу он получал десять долларов в месяц. Никакого счёта в магазине ему не полагалось.
Свой первый матч первокурсники провели в начале октября, встретившись с командой военного училища штата Теннесси. Стив не ожидал, что на трибунах соберётся столько зрителей. Болельщики орали вовсю — их крики разносились далеко вокруг.