— Держи поляка!
Они свалили его на землю в десяти ярдах от линии ворот. Толпа зрителей ревела, словно морской прибой.
Когда они выбирались из свалки, Хауслер заметил синеватую ранку над глазом Стива.
— Кто тебя ударил?
— Да всё тот крайний, — ответил Стив. — Вон тот длинный. Кулаками бьёт.
Хауслер улыбнулся. На его грязном лице зубы блеснули удивительной белизной.
— Поменяемся местами, Клейхорн. Лысого я беру на себя.
Стив бежал с мячом, но путь, казалось, был совершенно закрыт. Вдруг лысый покачнулся и упал. В защите Западной Виргинии образовался прорыв. Стив ринулся в него и свернул налево. Уже перебегая линию ворот, он услышал крик Хауслера.
Хауслер лежал навзничь на земле, закрыв лицо ладонями, и стонал — тихо и страшно.
— Должно быть, я наступил на него, — сказал лысый. — Несчастный случай.
Стив опустился на колени и попробовал отвести руки Хауслера от лица. Подбежал врач, и совместными усилиями они открыли лицо Хауслера. Оно было залито кровью, нос был разбит и свёрнут набок, щека разодрана так, что болталась на весу, на полоске кожи.
Хауслера положили на носилки и понесли. Зрители недоумённо шумели. Стив глядел вслед носилкам: вот они исчезли в проходе под трибунами. Заныла ранка над глазом. Кровь уже не текла, на лбу образовался запёкшийся сгусток. На рукаве фуфайки тоже была кровь; Стив не знал чья, Хауслера или его собственная.
После этого игра пошла по принципу «кровь за кровь». Стив был повсюду. Он бегал с мячом, кричал на Клейхорна за то, что тот упускал блокировщика, кричал на судью, требуя, чтобы тот смотрел за захватами. Разве он не видит, как захватывает эта длинная сволочь?
Придя в раздевалку после первой половины игры, Стив в изнеможении лёг на скамейку и стал сосать лимон, чтобы отбить вкус горечи во рту. Напряжение начало спадать. Только тогда Стив почувствовал, как страшно он устал. Перед глазами всплыло истерзанное лицо Хауслера, и он заплакал. Слёзы, стекая по грязным щекам, оставляли на них узкие светлые полоски. Стив весь дрожал от гнева и усталости, он плакал не стыдясь.
Когда футболисты встали, чтобы снова идти на поле, Стив сделал глубокий вдох и окунул голову в ведро с водой. Он даже не вытер голову полотенцем и медленно вышел на поле. Волосы его спутались, с них капала вода, по мокрому лицу хлестал холодный ноябрьский ветер.
Старые болельщики говорили, что это было потрясающее зрелище, что такой игры они не видели со времён Джонни Мастерса. Стив играл хладнокровно и беспощадно. Он дерзко маневрировал, обходя защиту противника, начинал свой бег нарочито медленно, издеваясь над игроками Западной Виргинии, бросая им вызов и неизменно ускользая от них.
Во время одной из атак он оторвался от противника и пробежал пятнадцать ярдов вдоль боковой линии, а потом был выброшен за пределы поля. Его швырнули так сильно, что на весь стадион было слышно, как он шлёпнулся наземь, лицом вниз. Это произошло возле скамейки запасных игроков Джексона, а над ней находилась ложа, в которой сидели Мелисса с Маккейбом.
— Что они на него навалились? — спросила Мелисса. — Он же лежит, а они лезут на него.
— Хотят вывести его из игры.
Стив поднялся и бросил мяч судье. Потом постоял немного, тряся головой и хватая ртом воздух.
— Они отбили ему лёгкие, — сказала Мелисса.
— Не думаю, — ответил Маккейб.
Мелисса смотрела, как Стив шёл к центру поля, где выстраивались обе команды.
— Они его не одолеют, — нежно улыбнулась Мелисса. — Никто не сможет его одолеть.
Со зрителями творилось что-то невероятное, над стадионом стоял сплошной рёв. Люди следили за каждым движением Стива. Они восторженно орали, когда он с мячом в руках мчался вперёд, испуганно ахали, когда его сбивали с ног, замирали на своих местах, когда он останавливался. Потом это превратилось в своеобразную забаву, и они орали уже нарочно, потому что им это нравилось, но вначале им просто хотелось помочь Стиву, слиться с ним, бежать вместе с ним по полю, освещённому ярким послеполуденным солнцем. Мужчины и женщины средних лет, больные и неуклюжие, люди, которые никогда не были и не будут героями, бушевали, забыв обо всём на свете. Им казалось, что они такие же, как Стив Новак, — сильные и быстрые, и что это они бегут к воротам противника, высоко поднимая колени и наклонив голову. Люди вскакивали со своих мест, когда Стив Новак, на секунду замедлив бег, ловким манёвром увёртывался от наседавшего на него блокировщика и вырывался на свободу. Рёв толпы сопровождал Стива, венчая его триумф.