– О-о-о.
– Куда бежать? – удивился Реджис. Он начал подниматься, но помедлил, съел еще одну ложку похлебки, потом все же вскочил на ноги.
– Там что-то… плохое, – запинаясь, проговорил Айвен, и Реджис помог ему сесть на стул. – Случилось что-то очень плохое, и они знают, что я замешан в этом.
– Они нашли Вульфгара, – прошептал хафлинг.
– О-о-о, – простонал Пайкел.
– Нет, не они, а кто-то… что-то, и это что-то очень страшное, – попытался объяснить Айвен. – Королева – она на самом деле не королева! Это какой-то демон!
– Чего? – хором спросили Пайкел и Реджис.
Айвен сел прямо и взмахнул рукой, дав им знак молчать.
– Стражники примчались со всех ног, как будто знали, что Вульфгар там, – объяснил он. – Они вломились в спальню королевы и нашли ее или что-то похожее на нее, но с крыльями, как у летучей мыши, и рогами, и еще у нее был кнут, и она этим кнутом отогнала их – отогнала нас. Я такого ужаса в жизни не видел, точно вам говорю!
– О-о-о, – простонал Пайкел.
– И у нее было зеркало, я видел в нем Вульфгара!
– Его отражение? – спросил Реджис.
– Нет, его самого… внутри, – бормотал Айвен. – Она забрала зеркало и вылетела в окно. Спланировала прямо в сад, куда-то сюда, а потом поднялась в воздух и перелетела через северную городскую стену. У нее в плену Вульфгар, и, где бы она сейчас ни была, ты должен добраться до нее как можно скорее.
– Мы должны, – поправил его Реджис.
– Мой братец! – вскричал Пайкел.
– Нет, я не смогу, – покачал головой Айвен. – Они все знают и идут сюда. Ведь это я впустил Вульфгара в комнату. А если они знают, что он был там, значит, знают, кто его провел во дворец.
– Почему ты так в этом уверен? – спросил Реджис.
В этот момент неподалеку от дома раздался крик:
– Айвен Валуноплечий!
Пайкел свистнул, обращаясь к виноградной лозе, свисавшей с крыши около двери; растение ожило, размахнулось, ударило по двери, и та захлопнулась.
– Возможно, у меня получится ненадолго задержать их, но ты должен выяснить, где скрывается эта тварь, – быстро проговорил Айвен. – Я могу наврать, что Вульфгар ушел искать демона, и, если мы укажем, куда улетела тварь, они меня поблагодарят, вместо того чтобы отрубить мне голову!
– О-о-о, мой братец, – простонал Пайкел.
– Бегите, бегите, бегите, – повторял Айвен, подталкивая Реджиса и своего брата к большому дереву в горшке, которое стояло у стены кухни; горшок довольно больших размеров, по задумке садовника, не имел дна.
– Куда бежать? – удивился Реджис. – Они уже у дверей.
Но Пайкел схватил хафлинга за руку, а обрубок другой руки протянул к растению. В мгновение ока, в ту секунду, когда открывалась входная дверь, Пайкела и Реджиса втянуло внутрь дерева, и они устремились вниз по его стволу, к корням, которые в конце концов вывели их в сад.
Дворф и хафлинг очутились в зарослях сирени; оглянувшись, они увидели, что Айвена вытаскивают из домика. Руки его были связаны за спиной.
– Гр-р-р, – произнес Пайкел с угрожающим жестом, но Реджис утащил его обратно в кусты.
– Самое лучшее, что мы сейчас можем сделать для твоего брата…
– Мой братец!
– Ш-ш-ш! – зашипел Реджис. – Да, значит, лучшее, что мы можем сделать для твоего… для Айвена, – это найти эту… этого… это существо, которое захватило Вульфгара.
Пайкел затряс головой в знак согласия, затем наморщил нос, как будто от отвращения.
– Что такое? – спросил хафлинг.
– Воняет, – произнес Пайкел, вылез из кустов сирени и начал, подпрыгивая, кружить по газону.
– Не так уж плохо она и пахнет, – возразил Реджис, выбираясь из зарослей и обнюхивая лиловые цветы.
– Нет, нет, нет, нет, – пробормотал Пайкел, описал широкую дугу, остановился, подбежал к какому-то месту, указал на землю и повторил: – Воняет.
Подойдя ближе, Реджис заметил отметину на газоне: среди зелени виднелся небольшой участок гниющей травы. Он хотел сказать, что это какая-то бессмыслица, потому что остальной газон выглядел совершенно нормально, но затем понял причину волнения Пайкела.
Это был след ноги.
Демон, принявший вид королевы и захвативший в плен Вульфгара, оставил след, и растения чувствовали его и видели его.
А Пайкел умел разговаривать с растениями.
– Отдайте мне драгоценный камень, – потребовала Малкантет.
Безуба Языкастый и Комтодди нервно переглянулись, недоумевая, откуда этой дьяволице известны их имена. Появившись поблизости от пещеры, она назвала именно их.