Робомедик перевязал голову пациенту, затем взял омнипод и заговорил в него. Через дверь слов было не разобрать, но по интонациям это походило на короткие резкие команды. Зии так не хватало своего омнипода, чтобы подслушать! Она вздрогнула от неожиданности, когда пациент в кресле вдруг задергался в бешеных конвульсиях. Взгляд Зии быстро прошелся по всему атриуму – она ожидала, что на шум сбегутся другие роботы. Этого, однако, не произошло, и она снова заглянула в кабинет сквозь прозрачную дверь. Робомедик быстро сделал укол бьющемуся в судорогах пациенту, и приступ прекратился.
Девочка не удержалась от вскрика: с подлокотника безвольно упала такая знакомая рука – толстые бледно-синие пальцы, опутанные сетью проводов и проведенных под кожу электродов, хаотично вздрагивали и сжимались в спазмах.
– Рови! – закричала Зиа, и дверь в кабинет с шипением открылась.
Глава 18
Подопытные
– Вам помочь? – Робомедик поспешил к дверям. – Ваше устройство опознавания не отвечает, вам следует ввести код авторизации для входа внутрь.
Зиа застыла, не зная, что предпринять. «Кадм точно меня поймает, – подумала она. – Поймает и утыкает мое тело и мозг проводами».
– Пожалуйста, предоставьте ваш идентификатор в течение десяти секунд. В противном случае мы вызовем охрану, – сказал робомедик и начал отсчет: – Десять… девять… восемь…
– Код авторизации? – Мозг у Зии кипел.
– Семь… шесть… пять… четыре…
Сама формулировка каким-то образом натолкнула ее на воспоминание, как Убежище не пускало ее внутрь без такого кода.
– Три… два…
– К-П-ноль-один. Пароль: всеведущий, – выпалила Зиа.
Робомедик отошел от дверей и вернулся к пациентам. Зиа с трепетом прошла за ним, и двери лаборатории закрылись за ее спиной.
– Вы за отчетом? – спросил робомедик.
Зиа уверенно кивнула:
– Да-да. Для Кадма. Для отца Прайда.
– Прекрасно. Мы определили, что физиология этого вида пришельцев весьма схожа с физиологией прочих обитающих на земле организмов, несмотря на иное расположение внутренних органов, – начал робомедик. – Полагаем, манипуляции с мозгом вполне реализуемы, однако не уверены, что какая-то из ближайших по времени разработок Технологии будет иметь всеобъемлющий эффект на многообразие существ, обитающих в предполагаемом месте высадки.
Зиа глянула на сирулианца. Теперь, увидев его лицо вблизи, она поняла, что пациент без сознания вовсе не Ровендер, а другой представитель его клана. Она неслышно и с облегчением вздохнула.
– А этот? – Зиа махнула рукой в сторону Хейли.
– Отец Прайд после консультации с первым советником согласился на проведение таких же экспериментов над этим дефектным экземпляром – в своей личной медлаборатории сегодня вечером, в согласованное время. Пожалуйста, передайте отцу Прайду, что мы готовим подопытного, – сказал робомедик, затем снял с Хейли шапочку и взял лазерный триммер.
«Контроль сознания? У инопланетян и людей?» Холодок пробежал по позвоночнику Зии. Хейли-то заслужил, чтобы в его мозг понавтыкали проводов, – нечего было оставлять здесь Зию, не рассказав всей правды. «И все же никто не должен страдать от жестоких экспериментов Кадма. Ах, если бы только здесь был Рови, он помог бы придумать план действий!»
– То есть сейчас вы готовите этого подопытного к операции? – спросила она вслух.
– Да. Все дефектные экземпляры из изолятора должны быть изучены и проанализированы на предмет возможной коррекции. Однако отец Прайд настоятельно просил как можно быстрее заняться именно этим, – ответил робомедик, сбривая каштаново-синие пряди.
– И он дефектный экземпляр?
– Да. Вам ведь известно, что все поврежденные особи Homo sapiens neo – это индивиды, предрасположенные к свободному мышлению из-за возникновения неуправляемых нейрохимических реакций в мозгу. Они склонны к разногласиям и враждебным действиям в отношении властей, поэтому, прежде чем вводить их в социум, необходимо провести коррекцию.
– А что насчет этого вида? В наличии есть другие экземпляры? – Зиа жестом указала на сирулианца.
– Еще один. Его вчера доставил как раз данный не-горожанин.
«Рови!»
Робомедик вызвал голограмму мозга Хейли и расположил ее прямо над бритой головой, а затем сделал крошечные отметки по всему черепу юноши.