– Что ж. – Зиа вытащила бутылку с водой. – Тогда давайте двигаться.
– Да, думаю, это наилучшее решение, – согласился Ровендер, и они вместе с девочкой отправились к Надео, все еще лежавшему в листе.
Зиа влила немного воды из бутылки в рот Надео. Сирулианец чуть улыбнулся и дотронулся до ее руки.
– Премного благодарен, – просипел он.
– Держись там, – сказала Зиа. – Скоро мы доставим тебя домой.
Надео поманил девочку поближе и прошептал:
– Зиа, ты должна кое-что знать. Мой клан не позволит Ровендеру войти в деревню, несмотря на мое состояние.
– Не позволит?
– Нет, – продолжил он. – Тебе придется переубедить их, потому что для них и для него это все нелегко. Понимаешь?
Зиа кивнула, хотя толком ничего не поняла.
– Как он? – спросила Восемь, зевая. Она слезла с дерева и, все еще завернутая в покрывало, подошла к сестре.
– Оиих! – Ровендер повертел головой, глядя то на одну, то на другую. – Поразительно, как вы похожи.
Восемь улыбнулась и сжала в объятиях Зию Девять.
– Мы же сестры, рожденные в одном доме. Наконец-то воссоединившаяся семья, верно, Девять?
Зиа неловко обняла сестру в ответ, не отводя глаз от своего синего друга.
– Надео, как ты себя чувствуешь? – Ровендер взял безвольную руку собрата в свою.
– Пока он вроде нормально, – ответила Зиа. Она отстранилась от Восемь и подошла к сирулианцам.
Надео заговорил еле слышно:
– Жду, когда увижу наш клан, Ровендер. Нашу семью. До того, как распрощаюсь со всеми.
– Я делаю все возможное, чтобы быстрее доставить тебя туда, брат мой, – ответил Ровендер. Потом он обратился к обеим Зиям: – Утром, проснувшись, я обнаружил неподалеку останки воздушного кита. Надеюсь подобрать подходящие кости и смастерить носилки для Надео.
– Звучит как план, – отозвалась Восемь. – Я подожду здесь, с Надео. Надеюсь, дерево никуда не убредет.
– Нет, – уверила ее Зиа, поглаживая чешуйчатую кору. – Думаю, какое-то время оно побудет на это месте.
– Прекрасно, – заключил Ровендер. – Зиа, пойдем со мной? Если что-то отыщется, поможешь принести.
– Может, и завтрак какой-нибудь поймаем, – бодро сказала Зиа. – Умираю с голоду.
– Что? Ты разве не закинулась капсулами утром? – спросила Восемь.
– Я бы эти капсулы приберег на крайний случай, – вставил Ровендер.
Зиа улыбнулась:
– Ага. Что это за завтрак, если ты не слопал жареного вертиплавника.
– Жареного… вертиплавника? – Восемь даже побледнела от одной только мысли. И Зию это почему-то ужасно развеселило.
Глава 25
Ловушка
Гравий и камни скрипели под кедботами Зии, шагающей рядом с Ровендером через плоскую равнину в дымке утреннего света.
– Скелет недалеко, в ту сторону, – говорил сирулианец. – Быстро дойдем.
– Не волнуйся. Думаю, Зиа Восемь позаботится о Надео, пока нас нет в лагере.
Зиа наслаждалась тем, что осталась наедине с Ровендером, хотя никак не могла взять в толк, почему ей легче с инопланетянином, чем с тем, кто с ней одной крови.
– Скажи мне, – начал Ровендер, шагая дальше и дальше, – вот ты воссоединилась с сестрой, о которой ничего прежде не знала, – такой дар от Матр. Тебя что, это не радует?
Зиа пожала плечами.
– Не тянет на ответ, – заметил Ровендер. – Что-то же ты чувствуешь?
– Это как-то странно… Она странная. – Зиа сковыривала лак с ногтей. – Мы как будто знаем друг друга и в то же время вроде бы не очень.
– На все нужно время, Зиа. На это тоже, – ответил Ровендер.
– Ага, типа как было с Хейли?
Ровендер усмехнулся с некоторой горечью.
– Да, как с пилотом Хейли Тернером – тем, кому я доверился и кто меня обманул; тем, кого я хотел убить, а ты спасла; и тем, кто в итоге спас всех нас.
– И что это доказывает? – Зиа пнула эвканику, валявшуюся на дороге. – Твой метод понимания кого-либо слишком долгий.
– Но что он позволяет увидеть?
Зиа закатила глаза: ну не существует оправдания для Хейли.
– Что люди ужасно непонятные.
– Непонятные – не то слово, – поправил ее Ровендер. – Сложные.
Зиа громко вздохнула.
– Как бы то ни было, Зиа, помни: надо доверять тому, что ты сама чувствуешь. Слушать, что говорит тебе сердце.
– Прямо сейчас я не знаю, что чувствую. Особенно насчет сестры.
– В ней очень много ненависти к Кадму, что вполне можно понять. Однако боюсь, это замутняет ее дух, – заметил Ровендер.
– Ага, – согласилась Зиа. – И она ничего не знает о жизни здесь, на Орбоне. Мне кажется, Восемь вряд ли умеет разговаривать с деревьями и всякое такое, что удается мне.