Корак бросил на Аца такой взгляд, что хотелось поежиться, пусть даже он не был виноват. Ранение Кары даже с большим желанием сложно было привязать к парнишке. Корак прикусил губу, по старой привычке сжал обе в тонкую полосу. Заговорил так спокойно и холодно, как только мог. Наигранно, предоставляя собеседнику возможность понять, какое буйство эмоций внутри у него сейчас.
— Птичка моя… Я, разрываемый амулетом, не уронил даже волоска собственной руки, когда нас было двое против четверых. И не тронул ни одного из продавцов. Через полчаса я буду в Аду с Граалем и Ацем. И лучше тебе встретить нас здоровой, румяной и счастливой. Тебя не спасет даже Войцек, я все четко произнес? Никакое слово не зажевало, во избежание недоразумений? — он начинал порыкивать, зло сверкая глазами.
— Да все нормально, царапина, скоро заживет, на мне все — как на собаке, — радостно отозвалась Кара. Корак обладал достаточным воображением, чтобы представить, как она беззаботно размахивает раненой забинтованной рукой. — Сейчас надо немного уладить с Инквизицией дела и попрощаться с кардиналом Огневым, а потом встречу, не волнуйся ты так. Захватить с собой валерьяночки? Влад и так просил, мне сразу на двоих покупать не жалко.
— Мы, кстати, договаривались о трех безобидных просьбах. И Влад в них немного замешан. Куплю ему хорошего виски, за печатку на моей руке. Благодаря ей я почувствовал, как мозг остается на бетонной стене. Этого не случилось, но… Завораживает.
Падший зло хихикнул, бросил трубку, сунул ее в карман и внимательно посмотрел на Аца.
— Тебе, верно, интересно, откуда деньги, кто нас подвозил и когда мы отправимся в Ад, да?
— Совершенно похуй, — радостно оскалился Ац. — Все, с Граалем мы разобрались, теперь мне интересны не твои байки, а награда. Так что в Ад мы отправляемся как можно скорее.
Он запросто вытащил из кармана ворох амулетов, отличил в них нужный. Никаких сложных ритуалов, которые производил Корак несколько дней назад, одна только бытовая магия. Помахал им, разогревая и заставляя мягко засиять.
— Ты со мной или сам? — уточнил Ац.
Корак кивнул, вздохнул, разочарованно осознавая, что его истории слушать не хотят, обрывая на самом интересном.
— Вот урод…
Комментарий к Глава V
От всей души (не станем уточнять, чьей) поздравляем Дашу с днем рождения :3
========== Глава VI ==========
Оглядываясь по сторонам, пристально рассматривая разнообразные гравюры, украшавшие длинный коридор, Корак медленно преодолевал шаг за шагом. Черные стены Дворца давили на него, невидимо стискивали плечи; потолок грозился обрушиться на голову. Несмотря на все впечатления, Дворец воспринимался не просто как обточенная обсидиановая глыба со шпилями: в нем таилась жизнь, он настолько пропитался магией Ада и Люцифера, что невозможно было воспринимать его отдельно от Сатаны.
Кара подсказала, куда идти, чтобы не столкнуться с очередями адских чиновников, потому по пути им с Ацем никто не встретился, однако ангеленок все равно оглядывался воровато, косился на высокие окна, словно продумывал, как будет отсюда сбегать, разбрызгивая разбитые стекла — разноцветные витражи.
Закончился коридор, закончились гравюры на стенах, рассказывающие кровопролитную историю войны с ангелами, длившейся тысячелетиями. В просторной зале, куда они попали, дышалось гораздо легче, потолок не так грозно нависал над головой. Корак рассмотрел тяжелые двери в другом конце пустого зала с колоннами, подле них — пару стражей с падающей звездой на куртках, а возле охраны — нетерпеливо приплясывающую Кару.
— Наконец-то, я уже подумала, вы заблудились, — улыбнулась она. Придирчиво осмотрела обоих, вздохнула: — Ну, можно было изобразить что-нибудь поприличнее, крест бы снял… Хотя ладно, это не особо важно, сойдет, у нас тут не особо строго. Габри ими скоро вся обвешается… Мне пойти с вами или тут подождать? — засуетилась она. — Я, в целом, Ризу доложилась, так что могу и в Гвардию, а могу лишний раз до нашего Сатаны прошвырнуться…
Корак думал, что чувствует страх. Что Дворец давит ему на голову и тело, что магия Сатаны пронизывает до самого основания, проводит, как живая, по волосам и коже, забирается в ноздри и уши, как вода, проникает в тело и цепляется к костям, заставляя чуть подрагивать. Думал, что еще немного, и разболевшаяся голова окончательно лопнет. Или, что намного хуже, он сорвется и кинется на кого-нибудь с кулаками или Граалем, пытаясь выбить зубы и вдолбить нос в черепушку.
Но все это было неправдой. Липкой, вязкой и отвратительной тягучей вереницей действия амулета на человеческое тело. Иногда казалось, что без крыльев Падший не выдержит заключенной там силы. Казалось. Корак заботливо посмотрел на Кару, стараясь скрывать свои чувства так же стойко, как та скрывала, когда они попали к Воланду во дворец. Удавалось плохо.
— Как хочешь, птичка моя. Нам главное не подставить Аца, а мне, напоминаю, хотелось бы еще и попить из кружечки. Я даже чайный пакетик взял… — Кристофер не дал ни единой подсказки насчет того, шутил он или нет.
Кара с интересом уставилась на скромную чашу в руках Аца, скептически улыбнулась, поглядывая на Корака, как бы спрашивая, не обманули ли их и не подсунули ли какой-нибудь дешевый антиквариат.
— Как-то бедно выглядит, только чай и пить, — призналась она вслух. — Но лучше без экспериментов, чай можно и у нас организовать. Прошу, — кивнула она на двери.
Стражи открыли их с натугой, и Кара запросто, как к себе домой, ступила в тронный зал Ада. Мельком оглядываясь, Корак успел подумать, что здесь слишком любят минимализм: те же черные стены, черно-золотые ткани, флаги со звездой… Вдалеке он видел трон, девять ступеней, ведущие к нему, и высокую фигуру с четырьмя крыльями подле окна во всю стену.
Грааль Люцифер, в отличие от Кары, узнал сразу же, хищно подался к ним, но удержался, сохраняя лицо. От взмаха его руки крупно дрогнул воздух — вздрогнул и Корак. Чаша неожиданно испарилась из рук Аца, отправляясь куда-то, наверное, на свое законное место, с которого ее сорвали месяц назад.
— Так все-таки артефакт найден, — степенно кивнул Люцифер. — Благодарю. Вы, видно, знаете свое дело лучше, чем мои подчиненные.
— Мое приветствие, Денница. Стоит заметить, что ваши подчиненные вышли на след пропавшего Грааля. — Одновременно с приветствием Корак чуть склонил голову, приветствуя Сатану как более могущественного в данной ситуации, может, более уважаемого, но никак не того, кто выше него по статусу. — Хочется отметить особые заслуги Ацианэля при проведении нашего импровизированного спектакля…
Падший чеканил слова, выговаривал так, как обычно разбирался с сложнейшими заклинаниями. Он давно уверял всех, что никогда не врет, тем самым порождая подобие парадокса лжеца, однако находил для себя небольшую лазейку: он говорил то, что было правдой по его мнению. И тут в арсенале находился старый ржавый скальпель под названием «Оруэлловское двоемыслие». Корак улыбался, глядя на Аца с минимальным покровительством, чувствуя, как тот нервничает.
— Да, Кара уже все доложила. Ацианэль, кажется, хотел материального вознаграждения, но это к казначеям, они сами с этим разберутся, — небрежно кивнул Люцифер, только мимоходом осматривая сжавшегося Падшего, старающегося казаться как можно меньше. — Вот, это им покажешь…
Корак с интересом наблюдал за тем, как Люцифер размашисто рисует в воздухе сложный вензель, и как он медленно отпечатывается на руке Аца — чуть пониже так и не снятого амулета. Он вздохнул, обреченно рассматривая свою руку, но бормотал какие-то благодарности. Кара едва заметно усмехнулась.
— А тебя, насколько я знаю, не интересует адское золото, — снова вернулся Сатана к Кораку, внимательно его оглядывая с головы до пят, задерживаясь на бижутерном кресте и искажая губы в почти презрительной усмешке. — Так что за невинные просьбы, которые я могу исполнить в награду за то, что Ад спасли от позора?