— Ну, за Грааль, — предложила она, разливая. — За счастливо найденный и вовремя возвращенный.
Ян пить почти отказался, но ему рюмку в руки, едва не расплескав, втиснул Влад, хищно оскалился. Сама Кара осушила одним глотком, потянулась к бутылке снова, уже расслабившись, приняв наиболее благодушное выражение лица и едва не мурлыча от радости того, что история с Граалем закончилась.
— Корак хотел какие-то просьбы, — вспомнила она. — Излагай, пока мы все добрые и немного навеселе.
Влад что-то проворчал, но спорить не стал.
Он сделал глоток, несколько раз причмокнул и сделал еще один. Выдохнул в потолок, слыша удары собственного сердца.
— Издалека, если позволите. История с Граалем, может, кончилась, но не могли те четверо, пятеро, шестеро, сколько их там, вытянуть кружку и так ловко все обставить. Так не бывает. Я ожидал видеть среди визави мага, рядом с которым побоюсь руку в «рога» сложить, а увидел четырех людей, которые подстрелили мою дорогую птичку… — он выжигал Кару глазами, таращась на плечо и в глаза попеременно. Осушил стопку, буквально вылакав все, что осталось на дне, но злиться не прекращал.
— Один у нас, тот самый, который продавец, — отозвался Ян, тоже слегка оживившийся после виски. — Его еще не успели допросить, но с этим быстро разберутся. Если нет, придется долго искать, устанавливать личность для начала, а то при нем никаких документов… Так что согласен, Кара, мы рано радуемся, считая, что все закончилось.
— Остальным пригодились монетки… — он задумчиво покрутил рюмку в руках, смотря, как она переливается. Кивнул Яну, посмотрев на него чуть изменившимся взглядом. Падший отметил, что инквизитор умен, не надеется, что все кончится быстро и радужно. Дал тому выговориться, если это было необходимо, а сам потянулся к бутылке, не прерывая блаженства Кары.
— Есть дикая охота, — тут Кара едва заметно улыбнулась, — спихнуть дальнейшее расследование на Инквизицию, но и самой хочется узнать, кто такой умный умудрился обмануть адское хранилище… Займемся этим все вместе… потом, когда-нибудь… — Она снова наполняла рюмку; натура Падшего ангела не позволяла ей пьянеть так быстро, как обычному человеку, так что Кара никогда не мелочилась. — Так, это была одна просьба… даже мысль, — сосчитала она. Выставила три пальца, загнула один, прищурилась. — Еще две?
— Я еще ничего не просил, птичка. Мы с тобой были у Истока, помнишь? Исток творит в мире Кареона баланс между Условным-добром и Условным-злом. И я чутка за ним слежу. Если мы представим, — он опрокинул стопку, пощурился, продолжил, — что баланс между ними измеряется весами, то на них стоят гирьки. Большие — и маленькие. Люди, маги, ангелы, демоны, всякая другая нечисть. Если сильный маг перепрыгивает с одной чаши на другую, появляется что-то, что баланс возвращает на место. Например, маг на другой стороне. У меня были видения. Незачем их пересказывать, но итог вполне однозначен. Я часто оставлял тебя тогда, когда был нужен. Иногда появлялся, чтобы помочь. Но не мог полноценно отдаться твоим идеям, поскольку нарушил бы тот самый баланс. Когда-нибудь найдется тот, кто сотрет меня в пыль. И я попытаюсь вернуться на землю. В этом ли облике и в этой ли жизни, а может — в сотнях других. Но именно сейчас, когда я стал слаб, но могу мыслить самостоятельно, я могу лишь просить называться вашим именем. Чтобы получить полное право стоять рядом, Каролина. Могу ли я рассчитывать на звание: гвардеец?
— Денница, еще этого не хватало, — вырвалось у Влада, но он быстро замолк, отвлекшись на виски. И поспешно попытался запить — или затопить — эту жуткую мысль.
Кара засомневалась, рассматривая Корака; вряд ли, зная его, задумывалась, можно ли ему настолько доверять, но просто что-то казалось ей странноватым в этой просьбе, не свойственным Кораку, которого она знала. Пожала плечами.
— Если хочешь, почему нет, — произнесла она. — У нас сейчас не особо приток новобранцев, слава такая себе бежит, особенно после той охоты на ангелов…
Она поднялась, схватила со стола отложенный Владом ножичек, уколола палец, долго смотрела на выступившую красную каплю, задумчиво покосилась на Корака, пробежалась глазами по венам. Ухватила его, не успевшего дернуться, уколола палец и Кораку, ненадолго соприкоснула подушечки. Прошептала несколько слов на их архидемонском — неразборчивом языке, — потом левой рукой начертала что-то — сигил Высшего демона. Он медленно проступал на руке Корака, расцветал чернильно.
— Чем ярче свет, тем гуще тень, — усмехнулась Кара, повторила то же на архидемонском. Надпись шла завитым шрифтом чуть пониже печати. — Ну что же, рядовой Корак, мои поздравления…
— А как же «отдать что-то»? — встрепенулся Ян. — Человечность, душу…
— Пафосная херня для новобранцев, — проворчал Влад.
— Отдал Каролине жизнь, когда мы были в Кареоне. Не для гвардейских клятв, а потому что мог. Вместе с этим утратил крылья, потому что был должен. А сейчас отдаю свободу, что есть дороже?
Он чуть отодвинул рюмку, преклонил одно колено, прижал руку к груди, сжав кулак. Поднял на Падшую глаза, и в них, он хотел верить, читался тот демонический блеск крылатого Корака. Тот кошачий прищур, дьявольская безумная улыбка, похожая иногда на детскую и наивную.
— Asha mai Korak, Cara mai Gerr.
И рыкнул от боли, зашипел, схватился за руку. Но не ту, на которой теперь красовалась гвардейская печать. Болезненно отзывались другие символы. Те, которые называли Смерть хозяйкой Падшего.
Он поднялся, смотря, как рукав футболки пропитывается кровью, не нашел выхода лучше, чем поспешно залить в себя еще стопку и диковато осмотреть присутствующих, виновато пожав плечами.
— Первое…
— После третьего он помрет, — радостно предположил Влад.
Очередную рюмку, которые уже никто не считал, Ян у него отобрал, отставил на книжную полку. По скромным прикидкам Корака лидировала Кара, но и он не сдавался; бутылка стремительно заканчивалась, несмотря на незаметно переставших подливать себе инквизиторов, и Кара косилась на стеллажи с книгами — наверно, вспоминала следующий свой тайник.
— Ну давай, что дальше, — предложила она, убедившись, что маленький порез на руке уже регенерировал.
Корак хмыкнул, скинул футболку и прижал ее к кровоточащей татуировке. Хмыкнул что-то вроде: «А я подарить хотел…» Повернулся к Владу, чувствуя, как начинает плыть. После тысяч лет привычек сложно осознавать, что пьянеешь так быстро.
— Знаешь, Влад, а я тебя уважал и буду! — зашел он на следующую просьбу, чуть не сорвавшись на предложение выпить на брудершафт. — Мы не враги, это точно. У меня в живых остается только один враг, и того я никак не могу убить! То с крыши прыгну, то в висок выстрелю, колдовать начну без подготовки. А все жив и жив. Мне очень нужно на изнанку, буквально на пару минут. Нужно просто помочь туда выбраться и чутка подождать. Я, может, и вылезу оттуда сам, и там продержусь. Но нырнуть точно не смогу. И после нее нужна помощь сильного мага. И в таких вопросах я предпочитаю достаточно определенный их тип, никак с Владом не связанный… но то дело третье, подождет.
И поискал глазами тайник Кары, будто бы мог угадать, куда Падшая сунула заначку.
— Не уверен, что это осуществимо, я по изнанке как-то больше один… — протянул, задумавшись, Влад. Посмотрел на Яна, покачал головой: — Ну, там другая история, душа одна… — Он смутился, замолк, потом снова посмотрел на Корака. — Я готов рискнуть, сам-то выпутаюсь как-нибудь, если все не так пойдет, насчет тебя — не уверен… Но можешь рассчитывать на мою помощь. — Он отрывисто рассмеялся. — Я был прав, его просьбы с каждой все более самоубийственны… Давай последнюю, добей меня.
— Если не выйдет, просьба все равно считается, большего не требую, — согласился Корак, недолго подумав. — Будем «тонуть», бросай, используй запас Амулета, чтобы выбраться. Каре ты все же нужней будешь, вон какой сильный маг стал!
И ни капли шуток в голосе. Холодные, отстраненные размышления.
— Мне нужно увидеться с той, что ты называешь… Астарте? Царица Царей, все такое. Но чтобы не идти с пустыми руками, сначала — второе. Без нее можно и откинуться тут на диванчике где-нибудь, но об этом позже. О планах — только в прошедшем времени!