Перекрестие оптики совпало с грудной клеткой Войцека. Аирош и на таком расстоянии чувствовала, как от Высшего боевого расходится аура силы. Она бы не хотела попадаться ему на глаза ни в Кареоне, ни пока Зан сам не явится на Землю, готовый к сражению. То есть, ей никогда не хотелось попадаться на глаза мага.
Она чуть сместила винтовку Драгунова, взглянула через прицел уже на Николая Измайлова. Она и знать не хотела, что именно он рассказал, что мог рассказать. Но точно понимала: именно этот человек проиграл сделку с Кораком. А так как демонесса не хотела верить в умственные способности Падшего, чувствовала себя санитаром леса, когда плавно спустился пусковой крючок, когда вылетевшая пуля со свистом пронеслась вниз, входя в грудную клетку бывшего торговца, раздирая там плоть, возможно, ломая кости. Быстро закинула СВД обратно в чехол, отряхнула брюки, побежала по лестнице вниз, надеясь, что успеет прошмыгнуть сквозной подъезд раньше, чем доберутся до пятиэтажки.
Влад внутренне ожидал, что скоро грохнет выстрел, потому ни капли не удивился, когда увидел, как Измайлов, схватившийся за грудь, уже опадает на землю. Не тратил ни секунды, ворвавшись в боевой транс, ухватываясь за изнанку и перетряхивая ее в поисках ауры стрелявшего — пронзившего выстрелом кропотливо выставленную защиту.
Рядом уже орали инквизиторы из сопровождения и местные; наверняка уже звали медиков, склонились над захлебывающимся кровью человеком с парой сияющих амулетов, но Влад, стоя в круговерти всезнающей и всемогущей магии, мог точно сказать: не выживет.
Ян бросился левее, к пятиэтажке, обогнав каких-то местных в форме; Влад толком ничего не успел понять, увлеченный боевым трансом. Он однозначно чуял в ауре, вспыхнувшей в том направлении, на крыше дома, нечто неземное, пришлое, такое же, как и засело в Кораке.
Нисколько не боясь сам нарваться на пули, Ян ринулся к дому, на ходу вытаскивая боевые амулеты. Влад бросился за ним, чувствуя, как призрачное тело рвется в боевом трансе, рассыпается — он несся потоком мыслей на изнанке, догоняя необычно быстрого, пусть и подхрипывающего на вздохе инквизитора.
— Ушла уже, там, с другой стороны! — проорал он, когда Ян влетел в парадную. — Блядь!
Влад почему-то был твердо уверен, что стрелявший — это «она», слишком уж явными и яркими были мазки ауры. Несомненно, была здесь, взбиралась по этой лестнице, на которой сейчас почти бездыханно повис Ян, вымотанный коротким бешеным рывком. Он что-то прорычал, со злости откинул амулеты в сторону. Показалось, пальнет в потолок, но сдержался, убрал табельное.
Во дворе уже шумели люди и нелюди, выли машины, гремел чей-то крик: догонят и без них. Если догонят, конечно, вынужден был усмехнуться Влад. Он постоял на месте, давая время прийти в себя им обоим, уловил поблизости затихших людей — кажется, на первом этаже были какие-то конторы…
Аура сияла незнакомо, распадалась нитями — или была ими связана. Влад долго смотрел на нее, зная, что должен запомнить и повторить, отпечатать взглядом. Ян прошелся по лестнице, часто оглядываясь.
— Что здесь? — устало спросил он.
— Думаешь, я знаю весь Питер? Ну, — Влад рискнул предположить, — просто жилой дом, внизу какие-то заведения… — Он нагнулся, рассмотрел под ногами брошенную кем-то визитку, подхватил ее заклинанием: — Тебе нотариус не нужен, инквизиторство?
Ян в ответ только что-то неразборчиво прорычал, отмахнулся от него. Влад же заинтересовался тем, что у них под ногами, улавливая где-то справа слабенький отголосок ауры, подцепил заклинанием…
— Хорош всякий мусор таскать, Войцек, фу, — проворчал Ян.
— Щас я тебя укушу, — клацнул призрачными зубами Влад. — Я тебе улики нашел.
Он пристально рассматривал обгрызенную спичку, взмахом руки перенес к себе пакет для улик, уведя его откуда-то из дома, отправил к Яну на стол тем же заклинанием, еще не успевшим погаснуть.
— Надо наверху посмотреть, — встрепенулся Ян.
— Сомневаюсь, что там еще что-то есть, но как хочешь, — услужливо кивнул Влад.
Проветрить голову очень хотелось. Ян прошелся по крыше, медленно оглядываясь, наклонился, поднял какую-то бумажку.
— Нам оставили письмо, какая прелесть, — откликнулся Влад, еще не читая.
«Ты уже на дне — жалкий человек».
— Мне кажется, это Кораку, — заключил Влад. — Не зря так Кареоном фонит.
***
Преисподняя Земли сильно отличалась от когда-то родного дома Аирош. В нем не было пятиэтажек, так вписывающихся в атмосферу этого места, делающего из просто Ада настоящий русский ад с его серыми панельными домами. Пошарпанные облезлые стены, зеленовато-грязный подъезд, исписанный десятками надписей маркерами.
Демонесса поправила волосы, убеждаясь, что выглядит достаточно хорошо. Причмокнула алыми от помады губами, махнула несколько раз хвостом с острой стрелочкой. Расправила невидимые складки на кожаных брюках, обтягивающих ноги.
Аирош распахнула дверь квартиры номер 8, убеждаясь, что тугая пачка денег в кармане на месте, никуда чудным образом не исчезла.
Ее ждали и встретили вежливым молчанием; сидящая на одиноком стуле внимательно ощупывала Аирош взглядом, задержав его ненадолго на том самом кармане. Показалось, принюхалась. Усмехнулась широко, показывая мелкие ласочьи зубы; по-кошачьи потянулась.
— Добрый день, — величественно приветствовали Аирош. — Вы, кажется, землячка одного моего хорошего знакомого. Скажите, оттуда к нам направили туристов или это какое-то забавное совпадение?
Та хитро улыбнулась, облизнула губы и махнула хвостом. Подходила ближе, чуть наклонилась, чтобы достать деньги. Для этого пришлось выпятить бедра, затем, осекшись, вернуться в обычное положение.
— Добрый, госпожа Астарте. Мне очень жаль, что Оиален вас потревожил, именно поэтому я здесь…
У Астарте дернулся уголок губ, словно она собиралась тяжело вздохнуть. Наметанным взглядом Аирош могла рассмотреть на ней искусную и сложную иллюзию под которой наверняка скрывалась адская усталость — последствия ночи с Кораком. Однако Астарте держалась гордо и задирала голову повыше.
— Что ж, не стану жаловаться, я, кажется, сама его об этом просила, — проговорила она немного отвлеченно. Цепко уставилась на Аирош: — У вас все еще очень деловой взгляд, дорогая. Надеюсь, вы не пришли дарить мне видения и головную боль с утра.
— Пришла помочь вам от нее избавиться, — Аирош оскалилась. — Корак добрался и до такой красоты этого мира, как ужасно. Мой господин очень хочет, чтобы Корак не вернулся домой. Он слишком непостоянный элемент, понимаете? Мы могли бы помочь друг другу: вы отомстить за ночь, а я — выполнить данное мне задание. В долгу я оставаться не люблю, Астарте…
Астарте сделала вид, что глубоко задумалась, но из-за усталости актриса из нее была откровенно неважная. В то же время она хищно рассматривала Аирош, как будто только и ожидала, когда же ей предложат деньги.
— Что ж, мне нет дела до того, что вы не поделили с ним в том мире. Вопрос лишь в том, что вы с хозяином, — она ехидно улыбнулась, словно желая обвинить Аирош в принадлежности кому-то, — хотите от меня. Дорожу собой, не люблю рисковать… Сами понимаете: выживает сильнейший.
Демонесса скрипнула зубами так громко, что, казалось, стерлись клыки.
— От вас требуется совсем немногое. Вы искусно владеете разумами мужчин, в этом вам не занимать. Приведите Корака в место, которое я назову. И прикройте глазки, когда я буду отрезать ему голову. В вашем мире вы пользуетесь бумагой вместо золота, это так странно. Но мне сказали, бумажки положительно влияют на скорость принятия решений…
— Не нам с вами судить о странностях людей, — пожала плечами Астарте. — У нас прекрасно расплачиваются адским золотом. Однако не отказалась бы и от презренных бумажек. Часть бы хотелось получить в начале в залог нашей дружбы — и за моральные волнения. Ваш Корак сильно действует на мои нервы.