— Он взрослый… человек, — в который раз повторил Владу Ян, как и всегда, привносящий в гвардейскую панику немного сосредоточенной холодности. — Он старше любого из нас и, быть может, нашего мира.
— Знаю, не учи меня!.. — закипал Влад, едва не рыча. — С чего ты взял, что я волнуюсь за этого долбоеба, а не боюсь, как бы Аирош не уничтожила наш город? Все, что нам дорого?
— Потому что Корак нам тоже дорог, — вздохнул Ян. — Чуть меньше, чем город, конечно. С моей любимой кофейней он не сравнится, радости от него точно меньше, чем от прогулок в парке или по набережной…
— Я понял, — проворчал Влад, снова принимаясь шататься из стороны в сторону, притаптывая красный песок. Но тут он замер, насторожившись, как почуявший что-то пес, обернулся, глубоко вдыхая, чуть задерживая дыхание. Всплеск магии ощущался прямо посреди двора — несколько солдат ринулось врассыпную.
Видя такую реакцию, появившийся будто из песка и пыли чуть смутился, собираясь, видимо, выкинуть какой-то еще из любимых фокусов, но остановился, держа в руке два амулета. Только что сработавший амулет телепортации и еще какой-то, мерно помигивающий. Подмышкой он держал пол-литровую бутылку минералки, глаза его щурились от яркого искусственного солнца Преисподней. Падший глянул вокруг, обнаружил Влада и бодро прошагал к нему, кивнув сразу Яну и Владу, будто одному человеку.
— Ты плохо выглядишь… хочешь попить?
— Хочу выпить, — признался Влад. — Чего-нибудь покрепче твоей минералки. Но совсем не дело идти на операцию в дрова, правда?
Он жадно рассматривал Корака, пытаясь по нему прочитать, придумал тот что-то или совсем отчаялся и смирился со смертью. По его лицу всегда сложно было понять. Едва хотел Влад спросить, как мимо него прошуршало, на землю спланировала Кара, быстро убрала крылья, не дав им запылиться поднятым порывом ветра песком. Она с облегчением кивнула Кораку, повела плечами.
— Все готово, — немного хрипло, запыхавшись после долгого полета, сказала Кара. — В любой момент можем отправиться и схватить Аирош, всю Гвардию на уши подняли. Ты знаешь, где она?
— Да, ты обещал нам план, — усмехнулся Влад с, как он позже понял, искренней надеждой.
Корак одной рукой отвинтил крышечку бутылки, налил немного на ладонь и умылся, тряхнув головой.
— Войцек, Кирай, вам совсем нельзя доверить секретики! — Он с ухмылкой глянул на инквизиторов. Но та сломалась на самом важном моменте, обнажая отчаяние. — Ну вот что это? Зачем птичку потревожили? В полдень мы встретимся с чертовой, прости господи, демонессой. А как пойдет — увидим позже. Попробую утащить нашу бойню в Кареон, чтобы тут никто не пострадал. Может, у меня даже созреет какой-то план… Влад, неужели ты так и не понял, что я пытался сказать?..
— У нас так не принято, — неуютно скривился Влад. — Нельзя у нас уходить воевать в одиночку — весь из себя такой романтический герой, без шапки и в мороз… К тому же, эта история давно перестала быть вашей с Аирош личной склокой.
— Она затронула оба наших мира, потревожила простых людей и нелюдей, — поддержала его Кара, словно подхватив мысль за нить, умело ее переплетя с тем, что сама хотела высказать Кораку в лицо. — А Гвардия поклялась защищать и Ад, и Землю, и всех существ, что их населяют.
— Да и, так уж вышло, — продолжил Ян, — ты сам записался в Гвардию, рядовой Корак. Первое, что я понял, когда оказался тут сам: своих они никогда не бросают и не оставляют одних. Извини за то, что я однажды сказал. Я погорячился, боялся за свой город, за семью. Но ты — ее часть.
И вот они стояли напротив него, четко выговаривая общую обжигающую мысль, наблюдали за тем, как чуть меняется лицо Корака, слушающего — и едва ли способного поверить. Они застыли недвижно, озаренные золотым утренним солнцем, преодолевшим грань неба, — вовсе не та Троица, которую воспевали в священных книгах людские пророки. Не та, но столь же неотделимая и явная, цельная, словно отрешенная от спешащего мира, торопливых беспокойных солдат, всей свалки и кутерьмы. Убивший Бога становится им. И они точно хотели, чтобы Корак тоже почувствовал себя частью этого, равного, троеликого… Все стерлось и перемешалось.
Корак медленно и со скрипом переваривал информацию, кидая взгляд то на одного говорящего, то на другого. Это было странно и непонятно, почему они на троих вязали замысловатую речь. Стоило одной петле сползти с серебристого крючка, как она попадала на новый и так до бесконечности, до единого целого. Затем ненадолго бросил взгляд на свою левую руку, на которой красовалась печать Гвардии. Облизнул губы, одновременно растроганный и где-то глубоко в душе сильно разъяренный.
Он так давно не видел человеческого отношения, что, столкнувшись с ним, принимал за редкость, за Грааль и Копье, за все те артефакты, которые находил и создавал, но которые не могли сравниться по объему силы и воодушевлению, какое на него производили гвардейцы.
— Я… мы можем поступить так… — неуверенно начал он, наблюдая, как словно из игрушечного автомата вокруг появляются знакомые лица, готовые слушать.
И птичка-Каролина, давно уже не зовущаяся этим именем, взволнованная и бодрая.
И маг Войцек, теперь уже Влад, уставший и обеспокоенный.
И Ян, обеспокоенный даже больше обеспокоенностью Влада, чем какими-то еще проблемами.
И Ишим, бьющая хвостом по ногам, насупившаяся, похожая на котенка — комочек агрессивной шерсти.
И Рахаб, казавшаяся когда-то суровым капитаном, теперь отличалась действительно решительным взглядом.
И Габриэль, тяжелым взглядом рассматривающая Корака, отринувшая Свет Божий, найдя что-то более важное. Свет человеческий.
И Корак, такой маленький в этом огромном мире существ с широкой душой настоящих людей, хотя людьми они, может, и не были.
***
Аирош назначила встречу в переулке, где никогда ничего не происходило и не было никаких тайн — даже удивительно для такого мистического города. Проверив местечко, инквизиторы с видом знатоков предположили, что ей просто понравился уютный вид этого проулка, окрестных двориков и пары старых домов (отчаянно нуждающихся в ремонте) с грязными стенами неопределенного цвета и высокими большими окнами. Хмуро полетав над двориком, прикрытая заклинанием Влада, Кара предположила, что Аирош наугад ткнула в карту города и дело с концом.
Это было им на руку: Инквизиция подсуетилась, всех гражданских вывели под предлогом возможных неполадок с газом — ни у кого даже вопросов не возникло, наверное, тут с этим действительно были проблемы. Так что пустые, поспешно брошенные квартиры заняли несколько человек из Инквизиции, чтобы место не показалось Аирош подозрительно пустым, если она вдруг решит проверить ауру; скамейки во дворе тоже заняли подставные, переодетые инквизиторы и гвардейцы, любезная Аннушка переоделась в мирную человеческую старушку, которая, сгорбившись, сидела над мотком пряжи, а Рахаб неспешно прохаживалась с адским псом, которого парой хитрых заклинаний замаскировали под болонку.
Казалось, они предусмотрели все. Разместили стрелков и магов на крышах; Ян с Владом лично полезли наверх, используя уловку самой Аирош, точно желая над ней посмеяться. Со всеми возможными путями отходов помог Мартовский, который приехал заранее и по старой ментовской привычке облазил местность вдоль и поперек; там тоже на каждом углу стояло несколько «своих». Кара тысячу раз проверяла заклинание связи, которое любезно навел Влад. Она беспокоилась больше других и, возможно, больше самого Корака, все летала туда-сюда, что он слегка тоскливо посматривал на небольшую фигурку, подбрасываемую мощными черными крылами.
Наконец Кара приземлилась на крыше — той, где засели инквизиторы, — присела на край и хищно уставилась на проход между домами. Спустя несколько мгновений Корак услышал ее голос, точно Кара стояла рядом и шептала ему в ухо:
— Все под контролем, — уверила она. — Возьмем ее быстро.
— Из четырех развязок — один тупик. Она наверняка об этом знает. С другой стороны, вон там… — Мартовский сдержанно махнул рукой Каре за спину. — Какой-то очередной парк, в котором легко скрыться. Туда бы усиленную охрану. Сколько у нас человек? В мое время так оцепляли разве что поезда при осмотре Генсеком своих «владений»…