– И когда это будет?
– Когда ты меня убедишь, что не придушишь никого, когда тебя будут в пятнадцатый раз спрашивать об одном и том же. В любом случае, то, что вы сделали, может, и не попадет в газеты, но это не значит, что вы не разворошили муравейник. И я нутром чую, что ничего хорошего из этого не получится.
– Вы или Визард?
– В данном случае, считай, это одно и то же. Но с этой проблемой мы будем разбираться завтра, а возможно, и послезавтра, и послепослезавтра. А теперь выматывайся отсюда. Твоя команда ждет тебя в «Либераторе». Полагаю, ты захочешь к ним присоединиться. А я начну разбираться с насущными делами и, для начала, встречусь кое с кем из ЦРУ. Вот уж точно, тебе это сейчас совершенно не нужно.
– Сэр?
Митчелл поднялся:
– Ты все слышал, майор. Свободен.
Номад вскочил и отдал честь:
– Сэр, спасибо.
– Ты заслужил, майор Перримен. Более чем. А теперь выполняй приказ и убирайся отсюда. Если я переживу цээрушную показуху, то, возможно, присоединюсь к вам позже.
– Я был бы рад, сэр. – Номад развернулся и вышел.
Он преодолел уже половину пути, когда наконец не выдержал и широко улыбнулся. Потребовалось несколько секунд, чтобы взять себя в руки, но в направлении бара «Либератор» он поспешил с удвоенной скоростью.
Ведь именно там отряд – его отряд – дожидался его появления.
Оперативный агент ЦРУ Карен Боумен, пожалуй, была получше большинства своих коллег. Именно такое первое впечатление сложилось у Митчелла, но по мере развития разговора он был готов его изменить.
Встреча началась весьма неплохо. Агент прибыла вовремя, не тратя сил на обычное шпионское дерьмо, такое как задержки, призванные внушить ощущение собственной важности. И она же предложила пропустить все официальные церемонии, сразу же переходя к делу. А еще она была молода, а следовательно, достаточно хороша, чтобы упыри из Лэнгли отпустили ее в логово льва в одиночку. Это вновь вернуло Митчелла к мысли, что любая женщина, добившаяся такого успеха, должна быть очень, очень хороша.
И раз она здесь, значит, ей что-то нужно. Это объясняло, почему она прилетела в Брегг, чтобы побеседовать о том, что видели люди Митчелла и как это связано с ее собственной работой.
Она хотела убедиться, что Номад ничего не испортил.
– Подполковник.
Митчелл наградил ее внимательным взглядом:
– Агент. Давайте резюмируем ситуацию, чтобы я был уверен, что ничего не упустил.
Она резко кивнула:
– Вы уже в курсе, что операция полковника Урбины была профинансирована рядом сторонних организаций, заинтересованных в создании отдельного государства, которое можно взять под контроль. Таким образом они получили бы возможность устраивать на его территории все, что им захочется: бурить, выращивать наркотики, сами можете представить – без страха и надзора со стороны правительства. Так или иначе, но согласно тому, что ваш Перримен изложил в отчете, ему удалось опознать одного из представителей таких организаций – некого Эль Пульпо, специалиста по снабжению картеля Санта-Бланка. Хотя конкуренты вытеснили их из Мексики, денег у них достаточно, а значит, нужно только новое место для обустройства. Другими словами, присутствие Эль Пульпо в регионе указывает на их интерес.
Митчелл оперся на стол и недобро прищурился:
– Поправьте меня, если я ошибаюсь, но мне кажется, вы сейчас говорите, что знали о присутствии Санта-Бланки в регионе, куда были отправлены мои люди, и не потрудились сообщить об этом.
– Мы не знали наверняка, что вы отправили туда отряд, полковник. Ваши люди в СКСО не слишком щедры на информацию. – Она поправила очки. – Прости господи, но надеюсь, что однажды до нас все-таки дойдет, что все мы на одной стороне. Тогда мы сможем добиться чего-то стоящего.
– Только представьте, сколько посредников останется без работы!
Она рассмеялась:
– Вы меня подловили. Но, так или иначе, суть не меняется. Мы рассчитывали, что под давлением РВСК Санта-Бланка переберется в Южную Америку. Мы предполагали, что Свободный Штат Амазонас может стать для них отправной точкой, но не были в этом уверены. А пока мы не уверены, мы не можем ничего говорить, потому что мы и так уже вовлечены во все это, а последнее, что сейчас нужно, – это лишние сложности.
– Сейчас. – Митчелл наклонил голову. – Вы очень тщательно подбираете слова, агент. И когда вы говорите «сейчас», мне почему-то слышится «вы вот-вот получите официальный запрос». Я прав?