- Да как раз опосля петухов-ти его и увидели! - сообщила Анисья.
- Ладно, - ведьма решила проявить покладистость, - показывайте тело.
- Какое тело?
- Вы мне толком объясните, что тут у вас происходит или так и будете ждать, пока я расскажу? - начиная злиться, ведьма повысила голос.
- Так вы уж все знаете! - восхитилась Анисья, впрочем не без некоторой подозрительности. Уж не на пару ли с гхырищем эта ведьма около деревни шляется?
- Двадцать кладней, - брякнула в сердцах ведьма, - десять монет сейчас, и двадцать после выполнения работы.
- Как же ето? - не выдержала от удивления Ефросинья, - десять да двадцать - это же..
- Тридцать, - подсказала ведьма, - или разбирайтесь с вашим гхырищем сами.
- Да иде ж мы такие деньжищи возьмём? - запричитала бабка, - совести у тя нету, бесовское отродь.., то ись, госпожа Вольха!
- Это я вам ещё со скидкой, - снисходительно заметила ведьма, - кстати, а почему я ни одного мужика не вижу? И где староста ваш? Разве не он такие вопросы решает?
- Я вместо старосты, - героически заявила бабка Анисья, - староста в погребах последний разносол подъедает. Ему, идолу бородатому до бед наших никакого дела нету. Штоб яво черти унесли, чтоб ему леший в лесу ногу подставил, штоб ему водяной и одну и другу бороду повырвал!
Ведьма оторопело сглотнула слюну и восхищенно уставилась на бабку. Похоже, длинные и вычурные тролльи выражения, которым научил её Вал, померкли перед глубиной и образностью бабкиной ругани. Но она мужественно взяла себя в руки и вернула разговор в прежнее деловое русло.
- Так что все-таки произошло?
- Дайте мне! Дайте мне! - завопил наконец дед Антип и могучим усилием прорвался в горницу, - всё бы вам бабам рассусоливать. Эдак до вечера не разберемся! Здраю, начится, ваше ведьмачество!
- Здравствуйте, - ведьма поднялась из-за стола и принялась что-то искать глазами. Подняла из-под лавки сапоги, и ушла за печь.
- Вы рассказывайте, рассказывайте, - послышалось оттуда.
Антип снисходительно глянул на женщин. Учитесь, толстозадые, как надо с ведьмами разговаривать.
- Так што, госпожа ведьма, гхырище у нас пошаливает.
- Давно?
- Да уж недельки с две. Сначала Шевелуха сгинул. Пошел вечером на погост, да к утру только пару косточек оглоданных обнаружили.
Ведьма со скептической миной высунулась из-за печи.
- А что ему понадобилось ночью на кладбище?
Дед смущенно закряхтел, почесывая затылок.
- Дак.. заначка у него там была..
- Кака заначка? - подпирая пышные бока кулачищами, гневно спросила одна из баб.
- Самогонная, - мирно разъяснил Антип, - ты, Хвеська, пилила его день-деньской, дак приходилось ему от тя хорониться.
Ведьма вышла из-за печи, на ходу увязывая волосы в хвост.
- Ближе к делу, уважаемые. Я не собираюсь у вас надолго задерживаться.
- Потом Коська Жердяй, тож ввечеру..
- По той же причине? - не без ехидства уточнила ведьма.
- Ну не пропадать жа добру? - резонно возразил дед, - скляночку-то Шевелуха надежно припрятал. Так и не нашли до сих пор..
- А ты уж дед небось везде пошарил, пьянчужка старый, - усмешливо вставила бабка Анисья.
- Потом купец проезжий, баек наслушавшись, поперся в ночь, - шепотком подсказала Лукерья, - мужчина из себя солидный, упитанный. Гхырище ето опосля него трое суток никого не трогало.
- А описать его сможете?
- Ну дак я ж и говорю - мужчина из себя видный, брунет..
- Я про гхыра вашего, - ядовито ухмыльнулась ведьма - кто-нибудь из живых его видел?
- Аська Милюкина, - простодушно ответила Лукерья. Бабка Анисья взвилась:
- Да што ты, Лукерья, рассказываешь. И совсем не так. Аська Милюкина к гхыру попала и сама гхырицей стала. Вот оне кажное утро у колодца встречаются, народу честного, верующего не стыдясь..
- Погодь, баба Анисья, - удивилась Ефросинья, - ты ж говорила - ведьма Аська, а теперь говоришь, што упырица она.
- Так все-таки - упырь? - доверчиво обрадовалась долгожданному уточнению ведьма.