— Ладно, — обреченно махнул рукой Тороп, поняв, что отвязаться от Снорри не удастся. — Я пойду встречаться с нужным человеком, а ты жди меня в корчме у городских ворот.
— Во, это ж совсем другое дело, — сразу повеселел скальд, — надеюсь там найдется бражка?
— Найдется, найдется.
Оставив драккар за поворотом реки и Руальда за старшего, Тороп с двумя своими людьми и Снорри отправились в город на встречу. Точнее, на встречу с человеком Журавля отправился сам Тороп, а Снорри предстояло приятное свидание с пивом, которого он был лишен уже неделю, что причиняло нурманну тяжкие страдания.
Пройдя вместе через городские ворота, спутники разделились — трое продолжили путь по городским улицам, а один толкнул дверь корчмы, из-за которой неслись весьма приятные запахи стряпни.
Корчма была переполнена народом, но местный охранник, окинув вновь вошедшего внимательным взором, быстро очистил от двух захмелевших забулдыг дальний стол — на него явно произвели должное впечатление и одежда пришельца и меч, примостившийся у того за спиной. Через пару мгновений к комфортно расположившемуся на скамье Снорри подошла молодая прислужница:
— Чего изволите, мой господин?
— Кувшин самого лучшего пива, мяса и сыра. Я пришел сюда ужинать — постарайся, чтобы я не ушел голодным!
— Может быть, мой господин, не откажется от жареной курицы?
— Не откажусь, если она будет такая же молодая и нежная как ты! — Снорри обхватил покрасневшую и смутившуюся девушку за талию и, не обращая внимания на хмурый неодобрительный взгляд охранника, усадил ее рядом с собой на скамью. — Скоро сюда подойдут мои друзья, так скажи на поварне, чтобы приготовили все на пятерых, только оставь часть в печи, чтобы не простыло к их приходу, а мне неси сразу — как на двоих. Потому что я голоден и умираю от жажды. Вот, держи — это за все.
— Здесь слишком много.
— Тут за ужин и за твою красоту — Снорри усмехнулся. — И за то, что ты побыстрее спасешь меня от жажды! Беги за пивом!
— Сейчас все будет, мастер. А может вам потребуется чего-нибудь еще? — Девушка легко, как козочка, вскочила со скамейки. — … Попозже вечером?
— Где буду я вечером, знает лишь норна Скульд, — со вздохом пропел Снорри. — Спроси меня об этом в конце ужина… — и легким шлепком пониже спины он ускорил движение служанки.
С серебристым смехом она скрылась за дверями поварни, и спустя небольшое время перед скальдом появился кувшин с прохладным пивом, тарель с копченым мясом, головка сыра и полкаравая хлеба. А еще немного спустя к ним добавилась румяная, истекающая горячим соком, курица.
Первое время Снорри, весь ушедший в процесс поглощения еды, не обращал внимания на происходившее в корчме. Когда же первый голод был утолен, до него донеслись звуки струн и негромкое пение в противоположном углу.
"Удачный вечерок", — подумалось ему. — "Вдобавок к доброму пиву, еще и встреча с собратом"
— Ей, певец, — крикнул скальд, дождавшись окончания очередной песни, — а ты можешь сочинить что-нибудь для меня? Я щедро заплачу.
— Мои песни не продаются, они рождаются из сердца, и я раздаю их всем, кто захочет их слушать, — ответил певец звучным голосом. Он нравился Снорри все больше и больше.
— Ладно, не обижайся. Вот, промочи горло, — по знаку нурманна служанка отнесла в другой угол полную кружку пива и кусок мяса с краюхой хлеба.
Пока певец отдыхал, скальд присматривался к нему. Росту чуть выше среднего, худой, жилистый, возраст — немного за тридцать. Что-то ещё… "Прищур, — понял Снорри — холодный прищур лучника, привыкшего бить любую дичь, и двуногую тоже". А небольшой шрам на левой щеке только подтверждал его догадку.
Меж тем певец, покончив с едой, тихонько перебирал струны и вопросительно смотрел на Снорри.
— Что ж, держи, — монета полетела из одного угла в другой и была поймана с необыкновенной легкостью, — Спой еще что-нибудь из родившегося сегодня.