– Рок неумолим, – произнес я вслух.
Под влиянием мерзкого пойла Эльфаделль я выболтал свое имя. А что еще? Я никому из своих людей не говорил, в чем состоит мой план. А Эльфаделль я об этом рассказал? Эльфаделль живет на земле Кнута и под его защитой. Она утверждает, что Уэссекс будет разрушен и что датчане заполучат все. Что ж, неудивительно, что она так сказала: ведь это именно то, что хочет внушить всем Кнут Длинный меч. Ярл Кнут хочет, чтобы все датские вожди побывали в пещере и услышали, что победа неизбежна. Он отлично понимает, что такие слова побудят людей сражаться с особой страстью, и именно это обеспечит им победу. Люди Сигурда, атаковавшие меня на мосту, в самом деле верили, что победят, и именно благодаря этому они попались в ловушку.
Сейчас я вел своих людей туда, где нас могла ждать смерть. Сказал ли я Эльфаделль о том, что собираюсь напасть на Ситринган? Если да, тогда она наверняка предупредит Кнута, и Кнут поспешит защитить своего друга Сигурда. Я планировал заехать в Ситринган, Сигурдов дом для празднеств, и очень надеялся, что поместье будет пустым и беззащитным. Я рассчитывал сжечь его дотла, а потом как можно быстрее добраться до Буккингахамма. Сигурд уже попытался убить меня, и я хотел, чтобы он всей душой пожалел об этом. Вот поэтому я отправился в Сестер – чтобы выманить его, и если мой план сработал, значит, сейчас Сигурд спешит туда в надежде заманить меня в ловушку и убить. Я же тем временем планирую сжечь его дом. Но не исключено, что Кнут уже выслал своих людей в Ситринган, и тогда этот город превратится в ловушку для меня.
Надо придумать что-то другое.
– Ситринган отпадает, – сказал я Лудде. – Вместо этого веди меня в долину Трента. В Снотенгахам.
Мы повернули на юг и, преодолевая сопротивление ветра, гонявшего тучи на небе, через два дня и две ночи вошли в долину. Открывшийся вид пробудил во мне массу воспоминаний. В мой первый поход на боевом корабле мы пришли именно сюда, поднявшись по Хумберу, и именно в этой долине я впервые увидел Альфреда. Я тогда был мальчишкой, а он – молодым человеком, и я, шпионя за ним, подслушал, как он сокрушается по поводу того, что его грех стал причиной появления на свет Осферта. Именно на берегах Трента я впервые встретился с Уббой, известным как Убба Ужасный. Он внушал мне страх и благоговейный трепет. Позже, у берегов моря, мне пришлось убить его. Я был мальчишкой, когда в последний раз оказался на берегах этой реки; сейчас я взрослый мужчина, и люди боятся меня точно так же, как я когда-то боялся Уббу. Утредерве – так называют меня некоторые, что означает Утред-Нечестивец. Они дали мне это прозвище, потому что я не христианин, но прозвище мне нравится, только боюсь, что однажды я в своей нечестивости зайду слишком далеко и из-за моей глупости погибнут люди.
Возможно, даже здесь, возможно, даже сейчас, потому что я отказался от идеи разрушить дом в Ситрингане и вместо этого решился на глупость, но такую, которая приведет к тому, что обо мне заговорят по всей Британии. Репутация. Я предпочитаю иметь репутацию, а не золото.
Я оставил своих людей в лагере и в сопровождении одного Осферта поехал по южному берегу реки. Я ничего не говорил, пока мы не добрались до края леса, откуда можно было увидеть город, построенный в крутых излучинах реки.
– Снотенгахам, – сказал я. – Вот здесь я впервые увиделся с твоим отцом.
Он что-то пробурчал. Город стоял на северном берегу и сильно разросся с тех давних пор. Дома появились и за крепостным валом. Воздух над городом был плотным от дыма, поднимавшегося от кухонных очагов.