— Русалочья кровь не способна подчинить её больше, чем на час, — вздохнул оборотень.
— Чары не продлятся долго, — признала Авелина. — За это время ты должен успеть выплеснуть в неё семя. Сила зелья поможет Янине зачать. Когда она родит, ей придётся слушаться тебя ради ребёнка. Она не станет жаловаться королю, ведь слишком добра, чтобы лишить собственное дитя отца.
— Не хочу рисковать шкурой, — фыркнул Конан. — Хотя мне понравится манипулировать материнскими чувствами принцессы…
— Зелье подействует, только если её аура будет ослаблена, — сказала оборотниха.
— Ауру Янины сложно ослабить, — задумался оборотень. — Она пережила многое и не сдалась.
— Я мало знакома с ней, в отличие от тебя, — произнесла Авелина. — Однако заметила, принцесса мира воспринимает чужую боль сильнее собственной. В макфе энергетика её ослабнет, обещаю. Матильда, сама о том не ведая, помогла нам. Интригами она пошатнула душевное спокойствие Янины. Нам осталось лишь убедить принцессу прекратить противиться судьбе и стать покорной.
Конан подпёр подбородок рукой, раздумывая. Авелина ушла готовиться к поездке в приют.
Янина, переодевшись, отправилась к выходу из замка. Жюльетта Браунэль преградила ей путь. Растрёпанные волосы, серые круги под глазами и платье, лежащее неопрятными складками, говорили о плохом настроении любовницы Конана.
— Принцесса! — воскликнула она разгорячённо. — Ненавижу тебя. Ты увела у меня возлюбленного, отца моих детей!
— Жюльетта, ты пьяна, — отстранилась Янина. — Выспись. Тогда поговорим.
— Заткнись, — прошипела леди Браунэль. — Я устала терпеть тебя. Тварь! С твоим приходом моя жизнь разрушилась. Конан перестал приходить в мои покои. Придворные говорят, я наскучила ему и меня скоро вышлют из замка! Плевать, что ты сестра короля. Я больше молчать не собираюсь. Пусть меня казнят! Но прежде, я испорчу тебе жизнь.
Фаворитка Конана вцепилась в волосы Янины. Принцесса коснулась её запястий, и они покрылись коркой льда. Жюльетта отскочила. Холод пронзил её, сковав руки сильнее наручников. Она со страхом посмотрела на Янину. Но скоро гнев вернулся. Жюльетта накинулась на неё и оцарапала ногтями лицо. Принцесса закричала и магией отшвырнула Жюльетту. Стражники прибежали, услышав шум, и заперли проклинающую весь мир фаворитку в её покоях.
Янина вернулась в спальню, смыла с лица кровь и посмотрела в зеркало. На щеке красовались три глубоких пореза. Принцесса закрыла глаза, стараясь дышать ровно и сохранять спокойствие. Однако жалость к себе, смешанная с чувством несправедливости, взяла верх. Янина смахнула слёзы и приказала стражникам передать Авелине, что сегодня она не поедет в приют.
Леди Яронг огорчилась, узнав о нападении Жюльетты на принцессу. Откладывать планы ей не хотелось. Стараясь оставаться бодрой и весёлой, она сообщила сыну о произошедшем. Конан не понял её спокойного тона и яростно вскричал:
— Как Янина посмела заключить мою фаворитку под стражу? Не успел жениться, а она уже командует! Да кто она такая?
— Твоя жена и принцесса, племянник, — в покои прошла Матильда. — Мне тоже надоела северная заноза, но в данной ситуации она права.
— Вы на её стороне? — возмутился оборотень.
— Нет, однако у принцессы есть право требовать казнь Жюльетты, — объявила правительница юга. — Не смотри на меня, как на врага. Твоя любовница напала на монаршую особу.
— Мам, — Конан перевёл взгляд на Авелину.
— Не волнуйся, дорогой, — ласково сказала она. — Мы что-нибудь придумаем.
— Жюльетта сама виновата, что перебрала с вином и не сдержала ярость, — вздохнула Матильда.
— Она моя официальная фаворитка! — взревел оборотень.
— Успокойся, — подошла к нему правительница. — Я устрою суд, чтобы выгородить Жюльетту. Уговорю Янину предстать на нём. Скажу, пусть народ решает, кто виновен. В Альтаире модно устраивать суды. Надеюсь, она согласится и не поймёт, что я подкупила судей.
— Что делать мне? — возвёл усталые глаза к потолку Конан.
— Молчать и ждать, — приказала Матильда. — Вас это тоже касается, Авелина. Не натворите глупостей. Я сама разберусь с Яниной.
Правительница юга пристально посмотрела на родственников и ушла, шурша складками коричневого платья. Конан ударил кулаком по столу и подскочил к испуганной матери.
— Я не доверяю Матильде! — воскликнул он. — Спаси Жюльетту!