Арчи провел Брея по узкому переулку и по извилистой лестнице в комнату, где сидел бородатый мужчина, пенсне которого украшала самая широкая черная шелковая лента, которую Брей когда-либо видел. Кажется, что тот принял вопрос как что-то само собой разумеющееся и притащил ворох пыльных экземпляров «Газетт».
– Джордж, спасибо, – поблагодарил Арчи. – Бернард, я предлагаю проверить версию о том, что данные сообщения появляются в определенный день недели. Та «Газетт» вышла в понедельник. Давай посмотрим выпуск за предыдущий понедельник.
Арчи разворачивал газеты и просматривал их содержание с журналистской скоростью.
– Как насчет этого? – триумфально выкрикнул он. – В той же самой колонке с краткими известиями, что и в предыдущий раз. Сообщение о том, что старшая дочь короля Иконии в среду должна открыть марсельскую ярмарку.
– Ну и странное совпадение! Не может ли оно быть связано с другим сообщением?
– Вот еще один понедельничный выпуск «Газетт». Ой, только послушай: «Наследная герцогиня Джорджины испытывает недомогание и не сможет присутствовать на открытии законодательного собрания в понедельник, как планировалось ранее. В связи с этим сессия была перенесена на вторник».
Придя в азарт, Арчи расшвырял ворох газет во все стороны.
– Вот еще одно. На той же самой станице, вверху колонки с краткими сообщениями. Все они появляются в первый понедельник месяца. «Эрцгерцогиня Эдна прибывает в Ниццу в среду».
Двое мужчин ликующе уставились друг на друга.
– Очевидно, что королевские персоны – это код, – заявил Брей. – Ты приметил это, Арчи. Но какого черта с этим можно сделать? Все остальное кажется неясным.
– Я думаю, что и королевские персоны, и места – это всего лишь условность. Я предполагаю, что единственно важные места в сообщениях – даты, – ответил Арчи. – Все это означает, что наркотик будет доступен в условленном месте в указанный день. Очевидно, что в случае с эрцгерцогиней Эдной произошла какая-то заминка, и дату пришлось перенести с понедельника на вторник. Это восхитительно простой шифр, поскольку особы королевских кровей постоянно мелькают в новостях, и ошибка относительно наследного принца Коссовии была допущена просто по небрежности.
– Боюсь, ты прав, – подавленно ответил Брей. – Так что это не особо нам поможет.
– Но это говорит об одной странности, – заметил Арчи. – Какого черта они задействую сложный аппарат передачи сообщений через иностранную газету? Конечно, это означает, что у них есть связь с редакцией «Газетт» – скажем, с ними связан человек, который редактирует колонку с краткими новостями. Но даже в таком случае, зачем зависеть от французской газеты? Не проще ли дать частное объявление в «Таймс» или «Дейли Телеграф»? Простенькое сообщение в духе: «Бэбс. Встретимся в обычном месте в четверг. Гектор». Эффект был бы тот же, что и с использованием «Газетт», но куда дешевле и не так подозрительно.
– Как я понимаю, ты считаешь, что мне нужно отправиться в Париж?
– Боюсь, что так, – Арчи обернулся к бородачу, который спокойно писал за столом. – Джордж, не знаешь ничего о «Газетт», скажем, что-нибудь дискредитирующее?
– Такой вопрос можно задать о любой французской газете, – ответил Джордж, постукивая пенсне по зубам. – Но их политика ничем особо не отличается от других. Вне сомнений, они получают какую-то субсидию. Несколько месяцев назад у «Газетт» появился новый хозяин, если вам это интересно.
– Да, я припоминаю, что Ромен продал ее. Кто был покупателем?
– Не знаю. Ферран, их здешний корреспондент, говорит, что ходят слухи о том, что ее купил какой-то богатый американец, проживающий в Париже. Но он отмечает, что это всего лишь слухи.
– Спасибо, Джордж, – на прощание сказал Арчи. – Передавай привет Полю, если увидишься с ним. Вот мы где, Бернард. Здесь есть, над чем поработать. И где же начинается эта ужасная сеть интриг?
– В Бастоне, – ответил Брей. – Это дело ведет инспектор Крейтон. Но ради всего святого, не говори ему, что это я направил тебя по следу. Помни: ты нашел все сам.
– Буду так же осторожен, как и всегда. Бастон? Не припомню, чтобы там совершались убийства, – Арчи сморщил брови. – Должно быть, наш корреспондент работать не умеет. У нас нет никаких вестей с тех краев.
– Ну, все в твоих руках. Только держи мое имя за зубами.
– Конечно. Я не хочу быть брошенным в подземелья Скотленд-Ярда и претерпеть пытки от полиции. Пока-пока! Мне нужно возвращаться на работу.
В то время как лондонский коллега инспектора Крейтона пытался проследить путь иностранных газет до Глазго, сам инспектор занимался непосредственно убийством Фэниса.