– Боюсь, что нет, – подтвердил суперинтендант.
– И это еще не все. Кажется, в Бастоне произошло убийство.
– Ну и ну! – безотрадно заметил суперинтендант. – Брей, грядет грандиозный скандал! Нам нужно пройти через него, но идти мы будем осторожно. Расскажите мне все, что знаете.
Брей устроился поудобнее.
– Это история о самой сложной международной организации распространения наркотиков, о которой я только слышал. Ее начало, судя по всему, в Париже, но кто стоит во главе, я не знаю. Похоже, это некто Вандайк, и боюсь, что этим псевдонимом может пользоваться Валентайн Гонтлетт. Но, может быть, и не так. Насколько я понимаю, Вандайк может быть всего лишь инструментом в руках кого-то еще.
– При чем здесь газета? – спросил суперинтендант.
– Как я понимаю, они выбрали газету по двум причинам. Во-первых, это дает предлог для международных авиапересылок с минимальной загрузкой-разгрузкой – при пересылке газет не возникает вопрос о том, чем вызвана спешка. Во-вторых, преимущество газет в том, что их может купить кто угодно и не вызвать при этом подозрений, а таким образом можно передавать сообщения клиентам. Например, из всех таможенников санктпортского аэродрома банда подкупила лишь двоих. Вне всяких сомнений, так было сделано во всех странах, в которых орудует банда. Как следствие, провести контрабандные наркотики можно только в те дни, когда эти люди дежурят вместе. Но когда эта дата становится известна, в газете дается зашифрованное сообщение, указывающее на день. Наверняка для каждой страны используется свой код. Пока что я вычислил только сообщение для Англии: оно печатается в первый понедельник месяца, и в нем всегда упоминаются лица королевских кровей. Так клиенты узнают, когда можно получить дозу, и приходят за «специальным выпуском» газеты в нужный день. А во все остальные дни продается обычная респектабельная газета.
Суперинтендант Лерой беспомощно взглянул на вскрытую газету и кивнул.
– Конечно, у авиадоставки есть и другие преимущества, – продолжил Брей. – С ней дело идет быстро. Наркотики попадают в руки клиентов со всей Европы в тот же самый день.
– Умно, очень умно, – согласился суперинтендант. – В расследовании наркоторговли наша основная надежда основывается на том, что товар проходит через много рук, прежде чем попасть к потребителю. Но эти люди смогли избежать этого. Но так ли необходимо было покупать газету?
– Думаю, да, – ответил Брей. – Суть схемы сводится к авиадоставке. А единственный способ организовать регулярную авиапересылку, не вызывая особых подозрений, это доставка газет. Никакой другой товар не поставляется регулярными чартерными рейсами – они могли бы только вызвать ненужные вопросы. К чему, скажем, пересылать сигареты самолетом – это ведь явно неэкономный метод доставки? А если вы используете газеты для того, чтобы прятать в них наркотики, то вам, по меньшей мере, необходимо контролировать отдел распространения данного издания. На деле для этого нужно контролировать всю газету. А поскольку они купили газету, а не кого-то в редакции, вероятно, она была недорогой. Подозреваю, что были и другие причины купить газету, причины, из-за которых дела ведутся из Парижа.
– А, ясно. Политика. Это все затрудняет, не так ли?
– Боюсь, что да. Но мы же всегда подозревали это, разве не так? Помните, как при помощи антинаркотической лиги мы доказали, что партия белого порошка ежемесячно отправлялась в Париж из Македонии? Мы проследили путь до некоего политика, пусть и не из министерства, но довольно влиятельного. «Газетт», несмотря ни на что, поддерживает этого политика, и я боюсь…
– Что это была цена поддержки? Возможно. На Континенте такое бывает, – с британской надменностью заметил суперинтендант. – Но, как помните, тогда это не сильно волновало нас: пока наркотики не попадали в Англию, нас это не затрагивало. Но теперь, когда мы обнаружили, что они поступают сюда, все становится серьезнее, – размышлял он. – Брей, а что насчет финансовой стороны дела? Расходы на деятельность этой организации должны быть огромны?
– Да, но и доходы тоже. Не знаю, как это работает, но предполагаю, что каждый наркоман подписан на газету. Подписка может стоить сотню фунтов за год, а может, и пять сотен. Мы не знаем. Он может получать какой-то опознавательный знак или карту, или пароль, который часто меняется. Это дает ему право стать клиентом одного из посредников, а в Англии их десятки – по три-четыре человека в каждом крупном городе. Эти агенты, вероятно, получают плату, зависящую от количества клиентов. Даже если им платят всего по десятке за клиента, нет никаких причин, по которым один посредник не может набрать несколько сотен клиентов.