– Вэйн, пожалуйста, повторите то, что вы нам рассказали о миссис Энжевен, – сурово велел Брей.
Вэйн со смущением перевел взгляд с детектива на миссис Энжевен.
– Я сказал лишь то, что видел, как она взлетела чуть раньше Фэниса и спустя какое-то время приземлилась, – промямлил он. Увидев, как вспыхнула миссис Энжевен, юноша быстро добавил: – Могу поклясться, все это время она была в воздухе. Она не приближалась ни к нам, ни к Фэнису.
– Томми, я не знаю, почему вы говорите такую возмутительную ложь, – начала миссис Энжевен. Томми вздрогнул. – Инспектор, я также не понимаю, зачем вам эта нелепая история. Так или иначе, но я не понимаю, какое отношение все это имеет к убийству. Факты остаются фактами: я приземлилась после крушения. Я встретила двух человек: сперва Томми, он и рассказал мне, что произошло, а потом Салли – она лишь кивнула мне.
Она обернулась к Вэйну и посмотрела ему прямо в глаза:
– Томми, можешь ли ты отрицать, что я говорила с тобой после крушения?
– Долли, ты права, – пробормотал он. – Я забыл. Я запутался. Я хорошо помню. Конечно, ты говорила со мной.
Миссис Энжевен триумфально взглянула на детективов. Брей с веселой улыбкой посмотрел на Вэйна.
– И вы готовы в этом поклясться? Тогда ваш первый рассказ был ложным?
– Я запутался, – упрямо твердил Вэйн, сверля взглядом бесстрастное лицо миссис Энжевен. – Но теперь я помню. Второй учебный аэроплан не взлетал до крушения.
Детективы не стали давить.
– Теперь можно уйти? – промямлил Вэйн.
– Если вам не трудно, пожалуйста, останьтесь еще ненадолго, – с холодной вежливостью попросил Брей. – Крейтон, старина, сможешь разыскать мисс Сакбот?
Вскоре к ним присоединилась мисс Сакбот. Вид у нее был, как обычно, бодрый, и, едва взглянув на миссис Энжевен и Вэйна, она постаралась не проявлять любопытства.
– Мисс Сакбот, можете помочь нам прояснить небольшой момент? – спросил Брей. – Как вы знаете, мы прослеживаем передвижения в день происшествия, и для формальности нам нужно подтверждение от третьего лица. Вы помните, как увидели миссис Энжевен на аэродроме вскоре после крушения Фэниса?
Брови над очками Салли сморщились, выдавая работу мысли.
– Мои воспоминания довольно неясны… прошло так много времени.
– Салли, ты же наверняка можешь вспомнить? – заявила миссис Энжевен. – Ты была возле ангара, а я проходила мимо. Я собиралась заговорить с тобой, но ты выглядела такой расстроенной, а Томми уже рассказал мне, что произошло, так что я не стала ничего тебе говорить, а лишь кивнула.
– Да, теперь я помню, – согласилась Салли.
– И вы готовы поклясться? – спросил Брей.
– Да, думаю, я готова, – подумав, ответила Салли. – Да, я бы поклялась в этом.
Вэйн попытался изменить ход разговора, обратившись к Брею:
– Чего вы хотите добиться от Долли? Вы пытаетесь доказать, что она имеет отношение к двум убийствам? Но я вам еще раз говорю: она села на аэродром только после крушения Фэниса, как только что сказала Салли. И ее не было поблизости от аэродрома в день смерти Несса.
– Правда? – спросил Брей. – Вы совершенно уверены, что ее не было в здании клуба? Например, в баре?
Миссис Энжевен попыталась сделать протестующий жест, но слишком поздно. Вэйн тут же ответил:
– Конечно! До и после занятий по навигации я ходил туда. Она не могла там быть, потому что оба раза дверь была заперта. Ее отпирали, только чтобы впустить нас. Думаю, ее открыли только после того, как мы закончили с навигацией.
Брей обернулся к миссис Энжевен.
– В свете новых показаний Вэйна, возможно, вы сможете пояснить, просто для отчетности, как это согласуется с вашим рассказом о том, что в тот день вы сидели в баре?
– Мой рассказ правдив, – ответила миссис Энжевен, глядя ему прямо в глаза. – Томми лжет.
Юноша неловко заерзал на стуле.
– Но, к несчастью, вас никто не видел?
– Кое-кто видел, – неожиданно ответила миссис Энжевен. Последовавшее далее было настолько же неожиданным, насколько и мучительным. Волевое лицо миссис Энжевен внезапно исказилось, словно у ребенка. Она вдруг разрыдалась. Потом она вытерла слезы резким жестом. – Валентайн Гонтлетт встретил меня там. Поговорите с ним. Идите. Он расскажет вам прекрасную историю обо мне. Что он говорил мне, будто я привлекаю внимание, всюду следуя за ним. – На мгновение вновь появились ее слезы. – Хорошенькое дело для женщины моих лет, а? Положить глаз на ребенка, вот как это называется. – Она принялась ужасно хохотать. – Господи, ну я и дура! Все мужчины одинаковы. – Совершенно внезапно, прежде, чем кто-либо успел остановить ее или хотя бы догадаться о ее намерениях, она подскочила к Томми Вэйну (тот смотрел на нее с ужасом на лице) и звучно ударила его по щеке. – Подлый притворщик, маленький мерзавец! – воскликнула она. Затем, неожиданно шмыгнув (кажется, всхлипывания были самой искренней частью ее выступления, так как они спонтанно вырывались из нее), она практически выбежала из комнаты. Сцена вышла жалкой и одновременно гротескно-комичной, словно бурлеск-мелодрама.