— Не помню.
— Да, это было, задолго до вашего рождения. Линк… — он умолк, почувствовав, что пальцы девушки сжали его запястье. Лидия почти незаметно кивнула в сторону кухни. В проеме двери показалась Товак с миской горячего, дымящегося суфле, которую, она держала руками в мягких рукавицах, чтобы не обжечься.
Товак поставила еду на стол, села и принялась раскладывать по тарелкам.
— В зоне никогда не поверят, — заметила она. — Настоящие овощи да натуральный сыр, а едим мы из фарфоровой посуды металлическими приборами. Сомневаюсь, что даже директор компании может себе это позволить.
Дэниел покачал головой.
Товак засмеялась.
— Знаете, Дэн, кто вы? Путешественник во времени. Вы чужой, но не с другой планеты, а из другой эпохи.
— Думаю, вы правы, — грустно согласился он. — Послушайте, сколько времени займет ваша работа? Этот преобразователь, что вы конструируете для меня?
— Вы спрашиваете официально или нет?
— А какая разница?
— Ха! Неужели вы настолько чужой? Послушайте, Дэн. Мы с Лидией живем в старинном доме, спим на двуспальной кровати с настоящими простынями и одеялом из натуральной шерсти. Мы питаемся так, как может себе позволить только великий спортсмен или высший государственный чиновник. Не думаю, что вы представляете себе положение в зонах. А ведь там находятся редкие счастливчики. Места, подобные этому, — она указала рукой на копию старинного дома и отель, — можно сравнить с древними королевскими дворами.
Она повернулась и махнула рукой в сторону окна.
— Там люди борются за существование в таком перенаселенном обществе, что вы не поверите, и довольствуются таким рационом, что вы не захотите поверить. Если бы они жили в других странах, то, вероятно, прожили бы ровно столько, чтобы произвести на свет кучу золотушных детей, которых они не смогут прокормить и вырастить.
Она повернулась к столу и зачерпнула горячей еды.
Дэниел перевел Взгляд с Товак на Лидию. Лидия побледнела и сидела неподвижно, положив руки на колени.
— Не вижу, какое отношение все это имеет к моему вопросу, — сказал Дэн. — То есть, официальный он или нет.
— Ладно, — Товак раздраженно надула щеки. — Придется разложить вам все по полочкам, Дэниел. Мы живем гораздо лучше — Лидия и я, — чем когда-либо в своей жизни. Мы родились в этом мире, а не в ваш золотой век с настоящим животным протеином каждую неделю и продолжительностью жизни в полстолетия или даже больше. Мы родились в этом мире и зубами, когтями и лестью проложили себе путь в зону, где нам гарантировано стандартное двухразовое питание и медицинское обслуживание, и если мы будем избегать неприятностей и добросовестно трудиться шесть дней в неделю, то сохраним нашу работу и комнату. Как и все, живущие сегодня, мы были счастливы немного подняться выше среднего уровня и поддерживать такое положение вещей.
А затем появляетесь вы и спасаете Лидию от парочки садистов — насколько я поняла из рассказа Лидии, у них на уме ничего другого и не было. Вам она приглянулась, и вы вытащили ее из зоны и устроили ей такую жизнь, о которой она даже не смела мечтать.
Дэниел посмотрел на Лидию. Та слушала Товак с абсолютно бесстрастным выражением лица.
— И в качестве дополнительной льготы, — продолжала Товак, — потому что мы подруги и потому что Лид попросила, вы и меня прихватили. За что, добрый хозяин, примите мою неизмеримую благодарность.
Легкий поклон только, подчеркнул горечь ее слов.
— Итак, вы спрашиваете, когда мы собираемся закончить работу, для которой вы нас наняли. А что будет потом? Вы опять вернетесь на собственный Медицинский Остров к своей команде протезистов? Или выберете Хоккайдо, свое родовое поместье? И будете играть в самураев с игрушечными мечами и гейшами, которые укладывают вас в постель, когда вы устанете и сонный возвращаетесь домой?
Она так сильно ткнула вилкой в тарелку, что та соскользнула со стола и упала на иол. Она ударилась краем и разбилась. Товак уронила вилку на стол и закрыла рот руками. Девушка глубоко вздохнула и застыла, глядя на лежащие на полу две половинки тарелки.
Дэниел подобрал осколки и краем одного ИЗ, них принялся собирать разлившееся суфле на плоскую поверхность другого. Две смуглые руки присоединились к его рукам, помогая наводить порядок. Он посмотрел в глаза Лидии, а затем снова принялся собирать разбросанную пищу.
Я сейчас начну укладывать вещи, — услышал он голос Товак. — Это моя вина, а вовсе не Лидии.
Она отодвинула свой стул и встала.
— Подождите, — Дэниел встал и поднял на ноги Лидию. Он отнес разбитую тарелку на кухню, выбросил, ее в мусоросборник и вернулся в столовую.